Голос ей не повиновался. Мелисса могла лишь молча смотреть на него во все глаза.

«У него рассерженный вид, — подумала она. — Не отчужденный и не безразличный, а именно рассерженный».

— Я… я… уезжаю, — запинаясь, с трудом проговорила она.

— И куда именно? — резко и отрывисто, в обычной своей манере, продолжал герцог.

— В… в Лондон.

— Одна?

На этот вопрос отвечать не было смысла. Он и так видел, что с ней никого нет.

Герцог взглянул на лакея, собиравшегося снять с коляски другой дорожный сундук.

— Поставьте все обратно! — приказал герцог и повернулся к кучеру: — Отвезите мисс Уэлдон обратно во дворец.

Слуги почтительно приподняли шляпы. Герцог повернул коня и поскакал прочь в тот самый миг, когда дилижанс со скрипом остановился возле экипажа.

На мгновение у Мелиссы появилось желание выпрыгнуть из коляски и забраться в дилижанс, невзирая на распоряжения герцога, но она не посмела ослушаться. Впрочем, даже если бы она осмелилась на это, герцог легко мог догнать дилижанс и заставить ее вернуться.

Почему он хочет, чтобы она вернулась? Мелисса не могла этого понять, хотя прекрасно знала, почему покинула дворец украдкой, — боялась, что герцог будет возражать. У нее же не было ни сил, ни желания с ним спорить.

Кучер развернул коляску, и они поехали обратно той же дорогой, что прибыли сюда.

«Пусть говорит, что хочет, но замуж за Дана Торпа я не пойду! — сказала себе Мелисса. — По отношению ко мне у него нет никаких юридических прав. Он мне не опекун и даже не работодатель. — Она глубоко вздохнула. — Я поступлю так, как сочту нужным!»

Но это утверждение звучало не слишком убедительно даже для нее самой.

Как-то уж очень быстро коляска доехала до дворца и остановилась у парадного входа. Подбежавшие лакеи помогли ей спуститься; она медленно поднялась по ступеням и вошла в холл.

— Его светлость желает поговорить с вами в своей гостиной, — сообщил мажордом.

Интересно, подумала Мелисса, известно ли слугам, что ее вернули с дороги, словно непослушную школьницу, пытавшуюся прогулять уроки.

— А если даже и знают, что с того? — спросила она себя. — Что бы там герцог ни говорил, я уеду отсюда до наступления завтрашнего дня — прежде, чем за мной явится Дан Торп.

Она начала соображать, что, возможно, придется бежать ночью всего лишь с маленьким узелком.

Если герцог собирается передать ее завтра, словно агнца на заклание, то очень ошибается.

Мелисса дрожала от страха, тем не менее ей удалось, высоко подняв голову, с достоинством войти в гостиную, где ее ожидал герцог.

Подходя к нему, она подумала, что он словно бы стал еще выше ростом и, кажется, еще неприступнее прежнего, да и глядит совсем не с тем выражением, с каким провозглашал тост за Черил и Чарльза.

Мелисса даже не пыталась снять дорожную накидку и элегантную розовую шляпу, оставленные ей Черил. Когда она подошла к герцогу, он сказал:

— Мелисса, я хочу поговорить с вами. Думаю, вам будет удобнее, если вы снимите верхнюю одежду.

— Очень скоро она понадобится мне опять, ваша светлость, — возразила Мелисса.

— Ваша одежда никуда не убежит, — ответил герцог.

Мелиссе показалось, что он над ней насмехается. Тем не менее глупо было упорствовать по такому пустяковому поводу. Она сняла накидку и повесила ее на стул у стены, а сверху положила шляпу. Дрожащими руками пригладив волосы, девушка повернулась к герцогу.

Он жестом указал ей на стул напротив себя; Мелисса присела на самый краешек.

— Я считал, — холодно начал герцог, — что перед тем, как покинуть мой дом, вы хотя бы из вежливости попрощаетесь со мной, даже если считаете это необязательным.