– Это все моя проклятая работа. – Эрин настолько привыкла к ухаживаниям и приставаниям, что каждый мужчина, не делающий этого, автоматически начинал казаться ей подозрительным. Как следствие, мнение ее о существах противоположного пола было весьма нелестным, а опыт супружеской жизни с Дэрреллом Грантом еще более способствовал этому.

– Вы спросили насчет друга, – продолжала Эрин. – Нет. Нет у меня никакого друга. Впрочем, вы ведь и сами это знали, правда?

– Скажем так – догадывался.

– После работы у меня не остается никаких сил для общения с мужчинами. Кстати, и интереса тоже.

– Издержки производства, – отозвался Гарсиа, приканчивая свой чизбургер. – А существует в природе мужчина, которому бы вы доверяли?

– Только не смейтесь, – сказала Эрин. – Я доверяю Шэду.

Гарсиа усмехнулся.

– Я тоже.

Выйдя из закусочной, они отправились к морю. Эрин сказала, что хочет погреться на солнышке и выпарить из себя весь джин. Гарсиа припарковал машину у «Баиа-Мар», они вышли и пешком добрались до пляжа. Гарсиа жалел про себя, что не оставил в машине пиджак и галстук: люди бросали на него удивленные и любопытные взгляды.

Эрин разулась и зашла в воду по щиколотку. Гарсиа остановился, не доходя нескольких шагов до линии прибоя, зажег сигару и стал курить, выпуская дым через правое плечо. По счастью, он находился с подветренной стороны от Эрин.

– Вы считаете меня проституткой? – спросила она.

– Не говорите глупостей.

Эрин вышла на песок.

– Но вам не хотелось бы, чтобы ваша дочь занималась тем, чем я, верно?

– Свою дочь до тринадцати лет ни на шаг не отпущу от дома, – серьезно ответил Гарсиа.

Эрин улыбнулась.

– Анджи просто в восторге от костюмов своей мамочки.

– Она поймет, когда придет время, – сказал Гарсиа.

Эрин потянулась, вскинула руки. Так приятно было ощущать кожей солнечное тепло!

– Я все время твержу себе, что просто танцую – и все, – проговорила она.

– А я твержу себе, что я герой борьбы с преступностью. Ну и что?

Эрин внезапно охватило непреодолимое желание броситься в океан. Она разбежалась, нырнула, потом, вынырнув, проплыла ярдов пятьдесят, остановилась и легла на спину. Глаза щипало от соленых капель, и она постаралась сморгнуть их. Футболка белым пузырем вздулась вокруг ее тела, облепила грудь. В небе над головой Эрин, крича, кружили чайки. Серебристая рыба выпрыгнула из воды и, описав небольшую дугу, шлепнулась обратно. Неподалеку от Эрин пронесся виндсерф, и стоявший на нем мальчишка приветствовал ее свистом. Эрин погрозила ему пальцем.

Когда она выбралась на берег, Гарсиа предложил ей свой пиджак. «Какой все-таки он симпатичный», – подумала она, а вслух сказала:

– Я думаю, вам ни к чему мочить пиджак.

– Берите, берите, – настойчиво повторил Гарсиа, накидывая пиджак ей на плечи. – Уважьте старика.

Добравшись до автостоянки, Гарсиа принялся обыскивать свой «каприс» на предмет чистого полотенца. Эрин, заметив в багажнике холодильник «Иглу», выразила надежду, что в нем найдется несколько баночек холодной кока-колы. Детектив объяснил, что «Иглу» предназначен не для прохладительных напитков, а для частей человеческого тела.

– М-да-а, – протянула Эрин, услышав это. И, взяв в руки нераспечатанную упаковку голубых больничных масок, заметила: – Наверное, в этом вы выглядите потрясающе.

– Да, они удобные, – ответил Гарсиа и подал ей полосатое полотенце – собственность Донны.