– И что же? Ты, как всегда, преувеличиваешь, Джордж, но в том, что ты говоришь, смысл все же есть.

– А вот что, Солли. В мире еще существуют люди среднего возраста, фактически их численность даже больше, чем раньше, но на них никто не обращает внимания. Все дерутся между собой за право стричь юных барашков: ми, звукозапись, безголосые певцы с микрофонами, владельцы экспресс‑баров, пивнушек с джазом, порножурнальчиков, я даже не исключаю, что телевидение тоже наворачивает немалый процент дерьма для подростков. А рядом лежит колоссальный рынок – огромный слой пожилых, для которых практически никто ничего не делает. А ведь это та самая возрастная категория, что принесла нашей промышленности миллионы, штурмуя кинозалы и проливая слезы! Вспомните: «Живи с улыбкой», «Роза Трайли», «Лилия из Килларни», «Дядюшка Долгоног», «Вечером во ржи» и так далее. Этого они жаждут и сейчас, Солли, – комка в горле, слез умиления, чьей‑то доброй руки на сердечных струнах. Дай им то, чего они хотят, и они проглотят наживку вместе с крючком. Мы вернем их в кинотеатры, и они будут рыдать, стоя в проходах! И думаю, эта девчонка нам поможет.

– Ты имеешь в виду ремейки? – произнес Солли задумчиво.

– Нет, – ответил Джордж, – это была бы ошибка, за которую многие уже поплатились. Возрастная группа, на которую мы нацелены, осталась прежней, с теми же эмоциональными факторами, но она вышла уже из другого поколения, так что спусковые механизмы эмоций тут иные, не совсем те, что были у прежних взрослых. Нам еще предстоит вычислить, каковы эти механизмы – иначе мы получим просто сентиментальную белиберду.

– Ха! – снова произнес Солли, отнюдь еще не убежденный. – А ты что думаешь, Аль?

– Что‑то в этом есть, шеф, – произнес Аль. Он с интересом поглядел на Джорджа. – Значит, предлагаешь делать фильмы про любовь, но не сексуальные, а романтические? Что ж, такой поворот не исключен.

– Еще бы не исключен! Женщина, способная рыдать на собственной свадьбе, – фигура почти фольклорная. Как я уже говорил, мы не собираемся возбуждать сладкую сердечную боль теми же самыми средствами, которыми пользовались в двадцатых годах, но я чертовски уверен, что если найти нужный поворот, благодаря которому удастся возродить извечную кельтскую ностальгию, удача придет наверняка.

– Гм‑м… Вряд ли тебе добиться штурма билетных касс с таким именем, как Маргарет Мак‑Рафферти, верно ведь, Аль? – заметил Солли.

– Это уж точно, шеф, – поддержал его, Аль. – Ну а как, скажем, насчет Конни O'Mapa? – предложил он.

– Нет, – решительно возразил Джордж, – это именно то, чего мы должны всячески избегать. Такое имя имеет определенную временную привязку, подобно Пегги О'Нил, Грейси Филд или Китти О'Ши. Слишком простонародно. Имя должно иметь шарм и даже оттенок чего‑то сказочного… Но вы себя не утруждайте. Я его уже выбрал.

– И как же? – спросил Аль.

– Дейрдра Шилшон, – торжественно объявил Джордж.

– А ну‑ка, еще раз, – попросил де Копф.

Джордж написал имя крупными печатными буквами и передал карточку Солли. Солли де Копф сосредоточенно нахмурил брови.

– Аль, я не понимаю, как из такого сочетания букв, как, например, «seen», получается окончание «шон», – обратился он к своему помощнику, заглядывавшему ему через плечо.