Когда я пришел в операционную, тело было полностью без одежды, и это был плюс, минусом было то, что, кроме Постникова, там находился еще и Серый.

— Даня мне рассказал про ваш улов, — с ходу выдал он. — Теперь представь, какие толпы там бегали до того, как мне пришла в голову светлая мысль поставить защиту.

— Никакие. Я на магию и артефакты проверяю при каждом посещении. Вчера там ничего не было, — отрезал я и принялся чертить, не обращая внимание на ворчание финансового директора.

Отвлекаться не хотелось, ритуал такой я проводил впервые, и вероятность ошибки никто не отменял даже без зудения над ухом. Впрочем, символы там были простейшие, большую часть я могу изобразить, даже не просыпаясь, и только на паре повернутые не туда хвостики рун грозили серьезным осложнениями. Поэтому я проверил раза три, после чего присыпал притащенными из кабинета порошками, и мы взгромоздили тело на стол. Зельем я намочил грудь трупа так, чтобы не осталось ни единого сухого пятнышка, и лишь после этого произнес формулу призыва.

Душа должна была появиться через пару секунд, максимум секунд тридцать, но сколько я ни вглядывался на магическом плане, я не смог углядеть ее появления. На всякий случай я повторил формулу, уже понимая, что что-то пошло не так. А потом запустил сканирования на потусторонние сущности. Пустота: никакого, даже самого завалящего, духа на территории поместья не обнаружилось.

— Не получилось? — первым догадался Серый. — Обрезали связь, значит.

Пришлось поверить ему на слово: у него за плечами была как минимум одна призванная душа, в то время как мои знания этого плана были теоретическими.

— Никак не достать теперь, получается? — разочарованно спросил Постников.

— Никак, — подтвердил Серый. — Если заклинание не только убило, но и связь тела с душой перерезало, через тело никак.

— А не через тело? — сразу зацепился он за слово.

— Не через тело нужно знать, кто это и где живет, — проявил недюжинные познания в некромантии Серый. — Причем гостиничный номер не пойдет. Нужно именно место, которое этот считал домом, а такого может вообще не быть. И там тоже могли привязку обрезать. Не смотри на меня так, Ярослав, это те два запрещенных заклинания, которые я знаю. От деда достались. Только толку от них…

Я его ничуть не осуждал, не знаю, с чего он вдруг решил. В моей голове было куда больше запрещенных методик. Айлинг считал, что знание лишним не бывает, а уж как ты это знание используешь — вопрос твоей совести.

— Сейчас и узнаем, сколько толку, — деловито сказал Постников, ничуть не переживая о неправомерности использования. — Сроками насколько ограничено?

— Сутки после смерти.

— Тело же нам не нужно?

— Нет, оно связь с душой насовсем потеряло.

— Тогда вызываем Императорскую гвардию и сдаем. Только одеть надо и вытереть вот от этого. — Он ткнул пальцем в бутылек с зельем, которому не удалось себя сегодня показать.

Я прошелся очищающим заклинанием, уничтожившим всякие следы магии как на трупе, так и на столе, и спросил:

— А почему гвардии, а не полиции?

— А вот поэтому.

Постников перевернул тело на живот, и я увидел в основании шеи татуировку в виде одного из тех символов, которые нам так и не удалось расшифровать, несмотря на то что часть книг в каталоге были записаны именно этими кракозябрами. Причем те книги, что были так записаны, — выявили, но соотнести ни одно название со строчкой в каталоге не получилось.