— У меня очень сильно болит голова. — Голос Коди жалобно дрогнул, и Марта снова охватила тревога.

— Так всегда бывает, — ответил Джо. — Это пройдет.

Желая прекратить разговор сына с ковбоем, Марта бережно провела ладонью по руке сына, привлекая внимание.

— Ты можешь сесть?

Едва качнув головой, Кода со слезами произнес:

— Меня тошнит.

— Это нормально, — сказал доктор Марта. — Возможно, у него легкое сотрясение мозга. Понаблюдайте, не начнется ли рвота. Лучше будет, если Джо отвезет вас в больницу. Ему можно доверять.

Джо кивнул и, не дожидаясь ее разрешения, подхватил Кода на руки.

— Ну, пойдем. Мой фургон недалеко отсюда. — И, обернувшись, добавил:

— Спасибо, док.

— Эй! — воскликнула Марта, схватив в охапку их пальто и свою сумочку и вприпрыжку догоняя их. — Что вы делаете?

— Собираюсь отвезти вас в больницу.

— Послушайте, — она наклонилась за упавшей перчаткой, — я не знаю, кто вы, но…

— Мама! — Ее прервал голос сына. Ручонка его обнимала шею Джо.

— Что, милый? Мама здесь.

— Не ругайся на папу.

— На папу?! — Взгляд ее встретился с не менее озадаченным взглядом Джо. — Почему он думает, что вы его отец?

Губы его сжались в одну тонкую полоску. — Я не знаю. — Затем он кивнул на потрепанный фургон блеклого красного цвета. — Забирайтесь.

На этот раз Марта не стала ничего спрашивать. Слезы сына и его странное поведение напугали ее. Она забралась в кабину, и Джо осторожно посадил мальчика ей на колени.

— Вы можете довезти нас до больницы и оставить там. Вам вовсе не обязательно дожидаться, — пробормотала она.

Но Джо не смог заставить себя уехать. Он то и дело смотрел то на часы, то на двойные двери, за которыми исчезли Марта Томас и ее маленький сын, растворясь в суете и суматохе приемного отделения. Ковбой примостился было на краешке пластикового кресла, но тут же вскочил и принялся беспокойно мерить шагами вестибюль.

Скрип дверей привлек его внимание, и он резко остановился. Из дверей выбежала Марта Томас и, быстро оглядевшись, сразу же направилась к длинному ряду телефонов-автоматов. Раскрыв сумочку, она начала что-то лихорадочно в ней искать. Фигурка у нее была удивительно миниатюрной и хрупкой. Черные джинсы еще больше подчеркивали узкую талию и длинные, стройные ноги.

Джо подошел к ней, зажав между пальцами монету, и спросил:

— Вам нужна монетка?

Она вздрогнула и, прижав сумочку к груди, посмотрела на него.

— Вы все еще здесь!

Он не смог понять, что означает выражение в ее широко раскрытых глазах: радость, раздражение или просто удивление при виде него.

Она распрямилась, достав наконец монету из кошелька.

— Спасибо, я уже нашла.

Ковбой пожал плечами и решил: ей хочется, чтобы он отсюда уехал. И все же он не мог это сделать. Смущенно теребя в руках свою шляпу, Джо задал вопрос, который терзал его все это время:

— Что с Коли?

— Слава Богу, все обошлось. Ему нужно лишь отдохнуть пару дней. — Она опустила монетку в щель автомата.

— У него сотрясение мозга?

— Легкое. — Набрав номер, она прижала трубку к уху и после минуты напряженного ожидания раздраженно швырнула ее на место.

— Никого нет дома? — поинтересовался он. Она повернулась к нему, отбросив назад рукой волосы.

— Послушайте, я вам очень благодарна за помощь.