— Ягненок? — подняла бровь Ада.

— Маленький, — показал руками Ремт. — Но нам хватит.

— Если они готовили так же, как пахли… — засомневался ди Крей.

— Они едва успели его освежевать… Я поспел как раз к окончанию процедуры…

— Зажарить на углях? — предложил Сандер, ощутивший вдруг приступ голода.

— Боже вас сохрани! — вскинул в протестующем жесте руки рыжий Ремт. — Я бы сварил его с тимьяном, черемшой и с корнем укропа, с базиликумом и сладким луком, с перцем и лавровым листом…

— Размечтался, — усмехнулся ди Крей.

— Я сугубый реалист, — возразил Сюртук. — Все это нашлось в запасах разбойников, а поскольку вода в котле уже закипела, когда они один за другим накололись на этот ужасный клинок из холодной стали…

— Ты разделал мясо и опустил его в кипяток… — кивнул ди Крей. — Надеюсь, ты не забыл посолить.

— Я?! — вскинулся Ремт. — Нет, — покачал он головой мгновение спустя. — Кто же варит ягненка без соли?

6

«От судьбы не уйдешь, — простая истина, но простота не отменяет ее характера. — Истинная правда…»

Едва успели привести себя в порядок и перетащить котел с ароматным варевом из разбойничьего логова на стоянку в гроте, как в холодном воздухе разлилось опаловое сияние — предвестник рассвета.

— Как просто, — сказал Ремт, помешивая в котле половником. — Они мертвы, а мы живы, их едят звери лесные, а мы готовимся есть ягнятину…

— Хочешь пойти и похоронить их по-людски? — Ди Крей и Керст рассматривали выложенные в круг света трофеи, изредка вороша ту или иную вещь прутиками.

— С чего бы? — покосился на «сокровища» Ремт. — Я всего лишь размышляю вслух. Философствую… Можно?

— Валяй!

И тут за спиной Тины хрустнула веточка, заставив девушку вздрогнуть. Как выяснилось в последние дни, дама-наставница Ада аллер’Рипп не только умела ходить по горам и лесам, не выказывая признаков усталости и раздражения, но напротив, она словно бы получала от всей этой фантасмагории с путешествием через дикие края некое извращенное удовольствие. Однако важнее в данном случае было то, что Ада умела передвигаться по пересеченной местности на редкость тихо, практически беззвучно. На то и сапожки у нее оказались не простые, а с диковинными подметками, в которых и ноги, идучи по камням, не собьешь, и по валежнику сухому пройдешь, аки бесплотный ангел небесный. Но сейчас Ада не пряталась: хрустнула ветка, Тина вздрогнула от неожиданности, а в следующее мгновение рядом с ней сидела уже дама аллер’Рипп и играла тонкой сухой тростинкой, словно бы сама собой скользившей в длинных изящных пальцах женщины.

— Рассказывай! — предложила дама-наставница спустя еще одно томительное мгновение.

— О чем? — ненатурально удивилась Тина, она прекрасно понимала, о чем пойдет речь и какими вопросами задаются на ее счет немногочисленные спутники. То есть ругать ее никто не ругал. Напротив, все вместе и каждый порознь выразили ей чувство благодарности за вовремя поднятую тревогу, заметив как бы между делом, что «мальчик вел себя как мужчина» и что «обратный хват в кошачьей свалке может и подвести, но все равно ты был хорош, парень».