Итак…

— Рассказывай! — потребовала Ада.

— О чем?

— О том, чего я не знаю.

— Но я не знаю, что вы имеете в виду.

— Не знаешь? — протянула Ада, по-прежнему играя тростинкой. — А я думаю, знаешь. Как не знать?

— Мне нечего вам сказать, фру аллер’Рипп!

Сказано не без вызова, но Тина не станет раскрывать кому бы то ни было — тем более даме-наставнице — все свои секреты. Ведь это не только ее секреты. И даже не столько ее. На руках Дитты, если она, конечно, не врет — но с чего бы ей выдумывать? — много крови, а на душе семь убийств. И только чудо спасло ее от повешения или утопления, когда стражники захватили Дитту во время ограбления аптекарской лавки в Деревянном Городке. Судья — старый хрыч — просто не поверил, что такая тоненькая славная девочка с черными как ночь волосами и глазами чистейшей сини способна хладнокровно перерезать своему противнику горло, а затем отправиться обедать, чем бог пошлет. Однако начни теперь Тина рассказывать Аде, кто и как обучал ее тихими приютскими ночами держать в руке клинок, могли всплыть — слово за слово — и многие другие, не предназначенные для слуха дамы-наставницы подробности.

— Не хочешь, не говори, — сказала после паузы Ада. — Но учти. Все все видели, и бандитский обратный хват узнала, по-моему, не одна я. Так дерутся в Ханке, но ты ведь не оттуда, или я чего-то не знаю?

— Я не читала своих бумаг, — дипломатично ответила Тина. — Что в них написано?

— В них написано, что до Чумы ты жила где-то на юге… у добрых людей… по усыновлению… Неужели не помнишь?

— А как же корзинка и мастер Ферен?

— Эту историю рассказала мне та дама-наставница, что служила в приюте до меня. Дама Леонтина, ты ее помнишь?

— Да. — Даму Леонтину трудно забыть, а может быть, и не надо. Есть вещи, которые не следует забывать…

7

— Почему ягнята такие маленькие?

«И в самом деле, почему?»

— Тебе-то что за дело?

— А человеколюбие?! — вскинул брови Сюртук.

— И кого конкретно ты возлюбил? — рассеянно спросил Виктор, он изучал окрестности и разговор вел между делом, просто чтобы не молчать.

— Мальчик хороший…

— Ты имел в виду, девочка?

— Что, в самом деле?

— Только не говори, что не знал!

— Знал.

Они стояли на высоком обрывистом берегу реки и смотрели на противоположный берег, на просторную чуть всхолмленную равнину, плавно поднимавшуюся к югу, к цепи невысоких гор. В сущности, река и этот берег, на котором они сейчас находились, все это уже относилось к Границе. Ничейная земля, пространство между тем и этим, как бы ты это ни называл. И все-таки создавалось впечатление, что настоящая Граница начинается там, за быстрой водой.

— Выкладывай! — потребовал Виктор.

Сейчас — ненадолго — они остались вдвоем, так отчего бы и не обменяться впечатлениями?

— Обыкновенные разбойники…

— Ты уверен?

— А о чем ты сейчас спросил?

— Насколько хорошо вы, сударь, осведомлены об этом мире? — Виктор произносил слова медленно и отчетливо.

— Даже и не знаю, что вам ответить, сударь.

— Не крути быку хвост!

— И не думал! — возразил Ремт.