– Мне нужна твоя помощь.

Ловким движением ферзя Старик лишил Дениса очередной пешки.

– Вам плохо? Я позову врача.

– Уймись, юноша. Когда придёт Сущность, я покроюсь испариной и похолодею. Видишь, моя кожа в норме. Но сдаётся мне, что это необязательный признак.

– Вам точно нужна помощь.

– Выслушай меня, юноша.

– Это я могу. Кстати, вам шах.

– Эка, какой прыткий, – Старик защитил короля, поставив коня на пути слона Дениса. – Вилка.

– Но как?!

– Сделаем перерыв.

Скрещённые руки на некогда могучей груди придавали Старику вид сурового надзирателя.

– Что ты знаешь обо мне?

– Вы выглядите как престарелый Тор с тростью вместо молота.

– Не понимаю, что ты лопочешь.

– Ты ещё крепкий старик, Розенбом.

– Готов спорить, моя трость крепче твоей непутёвой головы.

– Простите, я нервничаю. Надеюсь, вы не попросите меня сделать что-то незаконное.

– Мне нужно в Москву. В Лобню.

Теперь и Денис сложил руки на груди.

– Продолжайте.

– Я должен исполнить обещание. Исправить горькую ошибку. Она помогла вспомнить. Что-то изменилось, когда она… Сущность проникла в меня. Воспоминания такие ясные. Как будто всё происходило вчера. Как я мог забыть. Столько лет я не помнил, и вот, когда пришёл мой черёд, она показала мне. – Старик сглотнул, слова давались ему нелегко. – Я там родился. Моё место там, среди погибших родных и товарищей. Это моё проклятие – жить долго. Они все полегли там в сорок первом. – Старик постучал кулаком по солнечному сплетению. – Опухоль убивает меня. Скоро совсем прикончит. Дней остаётся всё меньше.

Первой мыслью Дениса было, что старик бредит. Что ещё за обещание?

– Вы просите отвезти вас в Москву? Сопровождать в поездке? А что потом? Что, если вы умрёте в пути?

– Мы должны доехать. Сначала на самолёте. Потом автобусом или поездом. Бог не даст мне умереть, пока я не сделаю то, что должен был сделать.

– Мы?

– Мне больше не к кому обратиться.

– Можно обратиться к заведующей. Объяснить ей ваше желание вернуться в родные места и… и лечь в ближайший хоспис. Вас транспортируют под присмотром.

– Ты не понимаешь. Я должен выполнить обещание.

– Какое обещание?

– Отец погиб на моих глазах в сорок первом в битвах за Москву. Перед смертью я обещал ему, что посажу недалеко от села дерево. Клён. Потом меня контузило, и я забыл. Как я мог забыть? Столько воды утекло, и я ни разу не вспомнил. Нет, это неспроста. Тут дело не в одной контузии.

Денис пережёвывал суть откровения с хрустом в ушах.

– Почему я?

– Один я не справлюсь. У меня никого нет.

– Вы так и не сказали, а что потом?

– Потом она вытянет из меня то, что принято называть жизненными силами.

– Кто?

– Сущность, Денис.

Старик впервые назвал его по имени.

– Я… я не могу. У меня работа. Да и деньги нужны.

– Деньги на сберкнижке. Паспорт у меня есть.

– Вы просите слишком многого.

– По-твоему, я выжил из ума? Похож на спятившего старика?

– Не просите меня отвечать.

– Я надеюсь на тебя, сынок.

– Вы просите взять на себя ответственность за вашу жизнь.

– От неё и так ничего не осталось. Нужно торопиться.

– Почему вы раньше этого не сделали? Когда ещё были способны.