Кирилл нащупал телефон и поднёс его к заспанному лицу жены.

– Ты только не кричи.

– С чего бы мне… – она замолкла на полуслове.

– Я бы не отказался от крепкого чая, солнышко, – сказал он, когда жена перевела на него изумлённый взгляд. – Можно даже с печеньем.

11

Ливень застал Кирилла на автобусной остановке. Люди жались друг к другу под пластиковым козырьком. Он не спешил присоединяться к ним. Всё ещё пребывал в тумане и не мог нормально оценивать происходящее вокруг. Живот распирало от выпитого чая. Намокшая рубашка прилипала к спине. На него смотрели с недоумением. Ему было всё равно, как он выглядит и что о нём думают. Привычный мир изменился. Невнятная эпопея завершилась успехом. И пока он не знал, что делать с образовавшейся внутри него брешью.

Он пропустил переполненный автобус. Следом ещё один. Из-за чего опоздал на работу. Мог сказать, что был с утра на участке, обходил должников. Благо удостоверение судебного пристава всегда находилось при нём. Таким приёмом пользовались все его коллеги. И не только в утреннее время.

Планёрка в актовом зале подходила к концу. Он сел на свободный стул послушать обзор судебной практики. Монотонная манера чтения начальника клонила в сон.

Что-то не сходилось. Он не раз и не два представлял, что будет чувствовать, когда вытащит заветный билет. Как расступится море, а вода превратится в вино. Так почему же он сидит здесь и слушает белиберду старшего по званию?

Он достал телефон с целью в сотый раз проверить, не померещился ли ему выигрыш. В чём можно выразить триста три миллиона? Когда он делал ставки, то отгонял от себя мысли о вещах, которые мог купить вместо лотерейного билета. И всё равно стыд каждый раз отдавался эхом по всему телу.

Триста три миллиона это всё, что он пожелает. Квартиры, машины, коттеджи, брендовая одежда и рестораны. Это свобода распоряжаться отведённым судьбой временем. Так почему он сидит здесь в это прекрасное утро?

У него возникла простая, как утюг, идея. Вскоре от сервиса по вызову такси пришёл сигнал о подъезжающем к отделу автомобиле.

– Кирилл Александрович, вы это куда?

Он не сразу понял, что начальник обращался к нему.

– Я больше не привязанный к колышку слонёнок, – сослался Кирилл на старую индийскую притчу.

– Потрудитесь объяснить ваши слова.

– Я увольняюсь, – бросил он через плечо, не удосужившись остановиться. – Трудовую книжку можете оставить себе.

Поступая безответственно по отношению к коллегам, взыскателям и даже к себе, он получал извращённое удовольствие от свалившейся на него власти. Власти поступать как хочется. Прощайте, грязные коридоры! Прощайте, чужие истории несчастий!

Жёлтое такси ожидало у входа. Он сел на заднее сиденье и пристегнулся.

– На Ижевскую? – уточнил водитель.

– В салон «Порше», – кивнул Кирилл.

12

Спустя полчаса он сидел за рулём новой модели «Порше-Кайен-Турбо-ДжиТи», ощущая себя капитаном космического корабля. Побелевшие пальцы осторожно сжимали оплётку руля. В удобном сиденье тело испытывало наслаждение. Неловкость исчезала с трудом. Хотелось доказывать всем и каждому, что он не просто пришёл посидеть в дорогом автомобиле. Теперь у него есть деньги.

Ни в семье, где он вырос, ни в его собственной семье автомобиля не было. Сначала ипотека годами высасывала из него силы. Затем он пристрастился к лотерее. Водительское удостоверение без дела лежало дома среди прочего мусора.

– Кроссовер и спорткар в одном сочетании.