Когда я взял ее на руки, я удивился ее весу. Я никогда не думал, что ребенок может быть таким тяжелым. У меня создалось впечатление, что малышка даже отекла, она была настолько тяжелой, как будто была наполнена водой. Головка у Аманды была тоже такая большая, что, казалось, занимала половину всего тела малышки.

Сара вытянула руки и взяла ребенка.

– Чччч, Аманда, тише, чччч, – зашептала она.

Плюшевый мишка сидел рядом с ней. Его лапки оказались как раз рядом с малышкой, как будто он хотел погладить и успокоить Аманду.

Сара одной рукой держала малышку, а другой быстро расстегнула пижаму и достала левую грудь.

Я отвернулся, подошел к кроватке и посмотрел в окно. Честно говоря, кормление грудью произвело на меня не очень хорошее впечатление. Мысль о том, что ребенок высасывает молоко из Сары, была мне неприятна. Это казалось мне неестественным, даже противным и вызывало ассоциации с пиявками.

На улице никого не было. Джекоб уже уехал. День был тихий и морозный, как будто срисованный с красивой зимней картинки. Снег блестел на ярком солнце, деревья отбрасывали четкие тени. С крыши гаража свисали длинные сосульки, и я подумал, что надо будет их сбить.

Когда я перевел взгляд от сосулек на саму крышу гаража, к своему удивлению, я увидел, что на ней сидела большая черная птица. Я непроизвольно поднял руку и дотронулся до лба.

– На гараже сидит ворона, – заметил я.

Сара ничего не ответила. Я еще раз потрогал лоб. Он был абсолютно гладким – от шишки не осталось и следа.

Я слышал, как ребенок чавкал. Сара сидела не шевелясь.

Примерно через минуту Сара позвала меня:

– Хэнк?

Я смотрел, как ворона расхаживала по крыше.

– Да? – ответил я.

– Пока я была в больнице, я придумала план.

– План?

– Да, чтобы быть уверенными, что Луи ничего не расскажет.

Я обернулся. На полу лежала моя тень, похожая на огромного монстра. Она была во всю комнату – голова напомнила большую тыкву, прикрепленную к плечам.

Сара сидела, склонившись над Амандой, улыбаясь и с умилением наблюдая за ребенком. Малышка не обращала на маму никакого внимания – она жадно сосала молоко. Когда Сара посмотрела на меня, улыбка вдруг исчезла с ее лица.

– Это, конечно, может показаться глупым, – добавила она, – но если мы все сделаем правильно, это должно сработать.

Я подошел к жене и сел на кровать. Сара снова повернулась к Аманде и осторожно погладила ее по щечке.

– Наша малышка проголодалась, да? – шепотом сказала она. Аманда энергично работала губками.

– Ну, так что ты придумала? – поторопил я Сару.

– Тебе надо сделать запись с его признанием в убийстве Педерсона.

Я с удивлением посмотрел на жену, не понимая, что она хочет сказать, и переспросил:

– О чем ты?

– Это и есть мой план. По-моему, это единственный способ вернуть Луи под наш контроль, – ответила Сара и улыбнулась так, будто гордилась своим планом.

– Ты что, шутишь?

– Конечно нет.

– С чего он будет признаваться в том, что не совершал?

– Вы с Джекобом пригласите его выпить. И устроите все так, чтобы Луи напился. А потом привезете его домой и начнете шутить по поводу признания в убийстве. Придумаете какую-нибудь игру – например, будете по очереди повторять признание, сначала ты, потом Джекоб, а когда очередь дойдет до Луи, ты запишешь его слова на диктофон.

Сначала я подумал, что раз Сара так уверенно говорит, то в ее плане должна быть какая-то логика, но, подумав и тщетно попытавшись найти ее, я сказал:

– Нет, думаю, у этого плана нет ни единого шанса на осуществление.