Нет супермена — нет и проблемы.

— Три : ноль в специальном зачёте, восемь : ноль в общем, — подвёл итог Безопасник, убирая пистолет в кобуру под мышкой. — Капитан, вызывай ментов, пусть дальше они работают. Мы своё дело на сегодня уже сделали.

На губах его блуждала довольная улыбка, которая плохо сочеталась в доводами о прагматизме, которые я привёл только что. Можно убить восемь человек, руководствуясь необходимостью, но если ты приличный человек, то хотя бы попытайся сделать вид, что тебе это не нравится…

Впрочем, у Безопасника тоже выдалась тяжёлая неделя, и его можно понять. В конце концов, он мог радоваться только смерти Суховея, который мог представлять реальную угрозу и, если верить его досье, убивал людей сотнями.

И если вы думаете, что это история о молодом человеке, который всю дорогу изводил себя этическими проблемами, то вы почти угадали.

Но всё-таки это не совсем такая история.

Глава 20

Капитан Харитонов закинул ноги на стол, зевнул и почесал небритый подбородок.

— Значится так, — сказал он. — Завтра в ночь вы отбываете в ОАЭ, и по этому поводу Безопасник попросил меня провести небольшой инструктаж.

— Я прям внимаю весь, — сказал я.

Мы сидели в кабинете, который Харитонов отжал у какого-то местного офицера, и над головой Харитонова висели какие-то вымпелы и значки, а ноги его, наверняка, попирали какие-нибудь особо секретные планы по боевой подготовке. Но если офицер, покидая кабинет, оставил на столе важные бумаги, то он сам себе злобный буратино, если вы понимаете, о чём я.

Впрочем, мне всё равно, понимаете вы или нет.

— Деталей операции я не знаю, но разговор у нас, в принципе, не об этом, — продолжил Харитонов. Похоже, что после ликвидации Суховея ему таки дали выходной и капитану удалось выспаться, отчего он выглядел чуть менее замотанным, чем обычно.

Я же все эти дни торчал в казарме, ел, спал, читал интернеты и пытался смотреть фильмы на планшете. В общем, неплохо проводил время.

ОАЭ, значит. Интересно, нас «эмирейтсом» повезут? Говорят, там в первом классе кресла раскладываются в полноценные кровати и «дон периньон» на халяву…

— Поговорим об американцах, — сказал Харитонов.

— Все пиндосы — сволочуги и враги? — уточнил я.

— Где ты слов-то таких поднабрался?

— В интернете, по большей части, — сказал я.

— А как у тебя с английским?

— Отлично у меня с английским, — сказал я. — Лет ми спик фром май харт и вот это вот всё.

Харитонов вздохнул.

— Это меня и беспокоит, — сказал он. — Впрочем, лучше бы ты вообще глухонемой был. Проблем меньше.

— Если надо, я могу очень выразительно мычать.

— Вот не надо, — попросил Харитонов. — Американцы нам не враги, и далеко не все они сволочи. Однако, они нам и не друзья, и об этом тоже нельзя забывать.

— Прям как в песне, — сказал я. — И не друг, и не враг, а так. И кто они нам?

— На время миссии — союзники, — сказал Харитонов. — А в целом — они наши соперники на геополитической карте мира.

— А я думал, китайцы.

— Я не сказал, что единственные соперники.

— Что там, кстати, с Колумбией?

— А ты новости принципиально не смотришь?

— Я смотрю, но там толком и нет ничего.