— Внезапно овладел, — сказал я. — Проблема была в том, что я изначально всё понял не так. Я думал, Факел может поджигать предметы, но на самом деле он мог только манипулировать уже зажжённым огнём. Не зря же он всё время таскал с собой зажигалку.

— Ты больше так не экспериментируй всё равно, — сказал Виталик.

— Не буду, — пообещал я. — Да больше и не с чем.

— Кто вас, джокеров, знает, — сказал он. — Ольга, мясо стынет!

— Уже иду, — донеслось из дома.

Она пришла, и мы сели за стол в небольшой беседке, и стало ясно, что мясо он не пересушил. Разве что самую малость.

В целом, это было очень хорошо. Свежий воздух ранней осени, горячий шашлык, холодное пиво, приятная компания… Что ещё надо человеку, чтобы достойно встретить конец света?

— Хорошо здесь, — сказал я.

— Эт да, — согласился Виталик. — Но я здесь так редко бываю, что каждый раз успеваю забыть, насколько здесь хорошо. А приезжая, каждый раз заново удивляюсь.

— Мне тоже здесь нравится, — сказала Ольга. — Особенно когда ты не притаскиваешь сюда компанию своих шумных сокланов.

— Сокланов? — спросил я.

— Да я тут в игрушку одну режусь немного, — смутился Виталик.

— Эльф восьмидесятого уровня?

— Эльфы — отстой, — сказал Виталик. — Мы — операторы боевых роботов. Тонны стали, огонь, кровь и весь мир в труху.

— А, понятно, — сказал я. — Прям как в реальности. Если археологи будущего станут изучать наше время по играм, в которые мы играли, они придут к выводу, что мы были жестокими кровожадными ублюдками.

— И так ли они будут неправы? — спросил Виталик. — Налёт цивилизованности слетает с нас при первой же опасности. Знаешь, случай недавно был в Америке, на спортсмена во время пробежки пума напала. Выдрала ему кусок бедра, но не суть. Он её голыми руками задушил к хренам. Не супермен, обычный человек. Пуму. Голыми руками. Реальный случай. А ты говоришь, цивилизация.

— Я говорю?

— Неважно, кто говорит.

— Да причем тут это вообще? — спросил я. — Кто-то пуму голыми руками задушил, кто-то от медведя с одним ножом отбился, завтра кто-нибудь ещё белой акуле горло посреди океана перегрызет. Это не про цивилизацию совсем. Это про неисследованные резервы и недокументированные возможности организмов, не более.

— Это про то, что человек в экстремальных условиях может много чего такого, чего в обычных не смог бы, — согласился Виталик. — И чем больше экстремальных условий ему создать, тем больше он сможет. Впрочем, я потерял мысль к хренам. Давай лучше ещё выпьем.

Мы выпили ещё.

— Но цивилизации всё равно приходит конец, — сказал Виталик. — Человечество веками выстраивало общество, в котором жить было бы если не относительно комфортно, но хотя бы относительно безопасно. Мораль, законы, вот это вот всё. Ты не можешь взять не твоё только потому, что ты сильнее. Не стоит бить человека в глаз, если тебе его прическа не нравится или музыку он не ту слушает. Стоит интересоваться мнением женщины, прежде чем тащить её на сеновал. Не скажу, что получилось прямо-таки замечательно, но какие-то сдвиги всё-таки были. А вы, супермены, тащите нас в новое средневековье и феодализм. Захотел — взял. Не понравилось — дал в морду. Король прислал войска, а у тебя собственная армия вокруг замка стоит и флаги на ветру полощет. И это, поверь мне, Джокер, только начало.