Давным-давно дежурил я клиническим ординатором в одном уездном роддоме. По ночам клинические ординаторы обычно сидят в приемном отделении и заполняют истории болезни. За этим занятием меня и застали молодожены из совхоза «Коммунар», чета Тряпкиных, приехавшие в этот роддом в четыре утра на молоковозе. Тетенька явно рожает, полное раскрытие шейки матки, но головы младенца еще не видно.

Оформляю приемную историю в полусне и, глядя одним глазом, задаю вопросы по прописанной в бланке форме. Дохожу до раздела «Когда у вас было последнее половое сношение?». Не знаю, зачем истории родов образца тысяча девятьсот восемьдесят шестого года понадобилось спрашивать об этом у нормальной беременной женщины с доношенным сроком в активной фазе родов, но в четыре утра об этом как-то не задумываешься. Ответ: «Ой, доктор… только что, прямо десять минут как…» – сразу же привел меня в чувство. Честно говоря, такого ответа я услышать не ожидал. Сон как рукой сняло… При дальнейшем «расследовании» выяснилось, что с началом схваток молодожены загрузились в совхозный молоковоз и направились в родильный дом. По дороге решили сделать остановку и не смогли, так сказать, устоять. «Эх, последний раз! Потом долго не до этого будет…» – и прямо на руле молоковоза (о, чудеса гибкости) согрешили. И муж, и жена Тряпкины очень стеснялись, загадочно переглядывались и хихикали. Нет, мне-то что… ради бога… если хочется, то почему бы и нет, подумал я, прикидывая в уме возможные медицинские причины, почему же все-таки больше «нет», чем «да»… Не найдя существенных медицинских причин, я повез рожающих односельчан в родилку, где и доложил о произошедшем ответственному дежурному врачу Элеоноре Палне. Элеонора Пална, врач-акушер с тридцатилетним стажем и высокой прической а-ля Мардж Симпсон, невозмутимо сказала: «Вот, а потом такие родители удивляются, что у них ребенок в школе плохо успевает! Как же ему успевать, когда ему еще до рождения родной отец собственным членом все мозги отшиб?» Это неожиданное открытие надолго завладело моим воображением и подсознательно привило самой идее секса при беременности некий антигуманный оттенок.

В заключение скажу лишь, что если ваша беременность проходит без проблем и вам все еще хочется чувственной любви, то сексом заниматься совсем не вредно. Главная рекомендация: можно, но только осторожно. В случае, если беременность затянулась и перевалила за сорок недель, то, как говорят старожилы, нет лучше народного метода родовозбуждения, чем старый добрый «бабушкин» метод. Но помните: где-то там, куда вы обычно занимаетесь сексом, теперь живут люди.

Тем не менее Граффенберг не унимался. Пересидев День Победы в подвале своего дома по Фридрихштрассе, восемь, он опубликовал в пятидесятом году свои изыскания в «Международном журнале сексологии». Статья называлась «Роль уретры в женском оргазме». В статье он утверждал, что стимуляция особой области на передней стенке влагалища, той, что ближе к уретре, вызывает увеличение этой области в размерах и величайшее чувство сексуального удовольствия – оргазмус магнифициалис. Тогда, в пятидесятых, оргазменные исследования Граффенберга, к сожалению, остались без внимания широкого круга гинекологов и сексологов. Неожиданная слава пришла к точке «Джи» только в восьмидесятых. Итальянский гинеколог со своими аспирантками, имена которых остались неизвестными (допустим – Беатрисы), возобновил эксперименты над оргазмами. Он же, кстати, первый назвал мистическую область во влагалище точкой «Джи», в память о докторе Граффенберге.

На этой оргазмической волне другой гинеколог, на этот раз американский, со своими аспирантками, имена которых остались неизвестными (допустим – Дэборы), разослал больше двух тысяч анонимных опросников разным девушкам в США и Канаде.