|
Развернув набор, я извлек из него долгожданные, острые как бритва ножницы Мак-Индо. Миссис Джефферсон с ужасом смотрела на страшную коллекцию хирургических инструментов. Ранорасширители и зажимы тускло поблескивали в свете электролампы. На лбу у пациентки выступил пот. Заверив, что я не собираюсь ее расчленять, легким движением я пересек застрявшую шевелюру и вытащил проклятый инструмент из насмерть напуганной англичанки. Гинекологическое зеркало было непригодно более к эксплуатации и поэтому полетело в корзину. Так как осмотр все же нужно было закончить, я взял другое зеркало и спросил разрешения у миссис Джефферсон продолжить осмотр. На ее лице отразилось внутреннее борение, но она, посмотрев на часы и сделав глубокий вдох, ответила утвердительно. Так как с волосами было покончено, бояться было больше нечего, и я, ободряюще улыбнувшись, установив контакт глазами с миссис Джефферсон и с чувством огромного облегчения продолжил разговор о погоде в Южном Девоншире, бережно вставляя зеркало для осмотра.
То, что случилось потом, заставило меня нервно закашлять и побледнеть. А случилось страшное. Пока я устанавливал контакт глазами с миссис Джефферсон, параллельно вставляя инструмент для осмотра и завинчивая гайку, в механизм зеркала завинтился мой новый галстук от «Гермеса». Над Южным Девонширом садилось солнце. В приемной клиники меня ждали еще восемь пациенток. Хилари, увидев в чем дело, быстро вышла из комнаты.
Видя, что Элеанор нервничает, пытаюсь немного успокоить ее непринужденной беседой, параллельно выясняя нужную мне клиническую информацию. Двадцать девять лет, работает пресс-секретарем в крупной компании, мечтала о карьере актрисы, но вовремя одумалась… Так вот, говорю, не случаются ли у вас, Элеанор, флоутерс? Элеанор почему-то смутилась и спросила, как ЭТО связано с преэклампсией. Объясняю про сетчатку, артериальное давление и отек. Элеанор смотрит с недоверием и иронией. – Доктор, вы уверены, что вам необходима эта информация? Не совсем понимая причины смущения и иронии пациентки, продолжаю спрашивать про флоутерс – так видите вы флоутерс или не видите? – Вижу! – наконец с усмешкой признается Элеанор. – Но в большинстве случаев это не мои, а моего бойфренда! Тут я совсем потерял смысловую нить… – Вы видите флоутерс своего бойфренда???!!! – Да, и, честно говоря, это не очень романтично, вы не находите? В полной растерянности я посмотрел на Элеанор, пытаясь понять, шутит она или это начальные проявления энцефалопатии… Элеанор выглядела абсолютно адекватно. У нас, похоже, возникло взаимное чувство, что консультация зашла в тупик. Обстановку несколько разрядила акушерка Лиз, которая сообщила, что анализы крови и мочи в норме, и преэклампсии у Элеанор, скорее всего, нет. Закончив обследование, я попрощался с Элеанор и попросил ее обратиться к врачу, если она почувствует себя плохо. Перед уходом она еще раз выразительно и странно посмотрела на меня и, подняв слегка правую бровь, сказала: «Бай-бай, док». В душе остался осадок. Не то чтобы неприятный, но странный. То ли я что-то недопонял, то ли она… Акушерка Лиз пила чай и заполняла чью-то историю родов. Я сел с ней рядом за стол. – Liz, can I ask you something? Do you see floaters now and again? – Do you mean the little transparent thingies which sometimes fly by in your eyes or those hard to flush unsinkable pieces of shit in the toilet after you’ve been to Chinese restaurant on a Friday night? Сердце мое оборвалось.
Я уже сорок минут сижу с рукой по локоть в тетеньке, сжимая матку изнутри и снаружи. У меня по животу из тетеньки течет чистая донорская кровь, своей у нее уже не осталось. Хирургический костюм промок, мои трусы в горошек тоже, похоже, насквозь. |
