В знак согласия Рэнди кивнула. Процесс клеймения никогда не нравился ей. Она не была против вакцинации, поскольку прививки очень помогали животным, но один только вид раскаленного тавро на длинной рукоятке вызывал у нее желание скорее вернуться домой. Поэтому она сказала в ответ:

— Да, Сим, мне не хотелось бы видеть этого. А что, вы будете таврить скот прямо здесь?

— Нет, как я уже сказал, не здесь. Клеймение будет проводиться на пункте Десятая миля. Гуртоправы гонят туда тысячу бычков и телят для сортировки. Даже отсюда ты сможешь видеть, как красная пыль будет подниматься к небу.

— И это все, что мне нужно видеть, — заверила Рэнди своего мужа. — Так ты говоришь, что будешь отсутствовать день или около того?

— Это может растянуться и на три дня. Помимо клеймения, я хотел бы осмотреть животных. Ты ничего не имеешь против?

— Конечно!

Говоря это, Рэнди слегка сжала его руку — еще один жест, который стал ее обычаем незаметно для нее самой.

Сим уехал, как всегда, рано утром, а Рэнди провела ставшие для нее привычными школьные занятия, на этот раз борясь с сильным искушением подольше задержать детей в классе и не думать о том, чем бы заняться потом. Она знала, что дети, да и их родители тоже, не стали бы протестовать. Но желание учиться не должно убывать, и поэтому в назначенный час Рэнди распустила своих учеников под ставший традиционным аккомпанемент: «Ну Миссуси, ну пожалуйста!»

После этого Рэнди приготовилась к занятиям на следующий день и вышла из классной комнаты на веранду, чтобы посмотреть, как пыль начнет подниматься к небу, свидетельствуя о приближении гурта.

Она могла себе представить там Сима в его походной одежде, неброской, особенно в сравнении с нарядами туземных пастухов, которые увлекались яркими рубашками, широкими кожаными поясами и серебряными пряжками. У него, наоборот, будет клетчатая рубашка спокойных тонов, брюки из сурового полотна, высокие сапоги да широкая шляпа, и в ослепительном сверкании дня он будет стоять, сильно сощурив свои голубые, как у настоящего жителя Северной Территории, глаза.

И сразу же Рэнди почувствовала желание отправиться куда-нибудь. Она обещала Симу не покидать пределы усадьбы и ее окрестностей, но ведь и ближайшие окрестности «Йенни» достаточно обширны. Кроме того, у нее появится возможность лучше познакомиться с Пиной, и Сим будет рад этому.

Рэнди переоделась в джинсы и пошла в конюшню. Там никого не было, но это не смутило ее. Уже целая неделя, как она разговаривает с Пиной, правда, в присутствии Сима, но тем не менее Рэнди не сомневалась, что жеребец узнает ее.

Так и оказалось. Пина даже потерся о нее своей мордой, а когда Рэнди стала седлать его, он нисколько не сопротивлялся. Казалось, что он даже будет рад проскакать вместе с нею вокруг выгона. В тот момент, когда она входила в конюшню, Пина из своего денника смотрел поверх ограждения на Шоколадку. Некоторое время Рэнди наблюдала за ними, размышляя: неужели то, что говорил Сим, может быть правдой? Ей подумалось, что тогда их с полным основанием можно назвать юными влюбленными, ведь оба животных еще очень молоды.

Пина был вежлив с Рэнди, когда она садилась в седло, он терпеливо ждал ее, когда она открывала и снова запирала ворота. Вскоре они двигались легкой рысью, оставив позади поле выгона.

Первый успех поощрил Рэнди к дальнейшим действиям. Двигаясь вдоль небольшого ручья, она заметила какой-то неаккуратно построенный шалаш и слегка улыбнулась, поскольку ей удалось разглядеть Джейн в этом шалаше. Сим уже рассказывал Рэнди, что близнецы любят строить разные укрытия.

— До тех пор пока это не представляет для них опасности и не мешает нормальной работе на ферме, мне все равно, где они устраивают свои логова, — говорил он при этом.

Рэнди не стала останавливаться, поскольку понимала, что близнецам может не понравиться ее непрошеный визит, а она уже устала от выяснения отношений с ними.