— Что ты собираешься делать?

— Я уезжаю в Лондон, у меня там друзья — Лора Недертон и ее мать. С ними я отдыхала в Ницце, когда познакомилась с Деннисом.

— А как же Деннис?

На лице Оливии появилось выражение суровой решимости.

— Пусть пошлет мне документы о разводе на адрес миссис Недертон.

— Будь осторожна, девочка, — напутствовала ее Эрмина. — Если Деннис узнает о твоем намерении уехать, гнев его будет ужасен. Он не привык, чтобы ему перечили.

— Что ж, пусть привыкает. — Оливия улыбнулась дрожащими губами. — Обо мне не беспокойся, Эрмина, все будет хорошо.

Казалось, Оливия пыталась убедить в этом в первую очередь себя.

11

Оливия уединилась в своей комнате. Еще утром ее переполняли радостные ожидания, теперь же будущее виделось серым и безрадостным. Твердо решив завтра же утром ехать в Лондон, Оливия немного успокоилась, но душа ее словно окаменела.

Приготовившись ко сну и накинув халат прямо на голое тело — вчерашняя сорочка, которой касались руки Денниса, была с отвращением засунута ею в корзину для грязного белья, — Оливия принялась методично укладывать чемодан, решив взять лишь самое необходимое. За остальными вещами она пошлет позже. В дверь постучали, и Оливия пошла открывать, не сомневаясь, что это Эрмина.

На пороге стоял Деннис. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего, темные брови были угрожающе сдвинуты. Во всем его облике чувствовалось крайнее напряжение.

— Мне можно войти?

Оливия посторонилась. Деннис молча вошел в комнату и уставился на Оливию ледяным взглядом. Похоже, он с трудом себя сдерживал. Эрмина предупреждала о необузданном темпераменте Денниса, и теперь Оливии предстояло испытать его на себе.

Стараясь сохранять спокойствие, она перевела дух. Несмотря ни на что, она продолжала любить этого человека и была рада его видеть.

Деннис посмотрел на открытый чемодан.

— Значит, ты уезжаешь.

— Как видишь. Зачем ты здесь?

В голубых глазах Денниса молнией сверкнула угроза.

— Ты знаешь зачем. Эрмина известила меня, что ты собираешься утром в Лондон, и я пришел узнать, что ты затеяла.

— Эрмина тут ни при чем.

— Почему ты уезжаешь, Оливия, ничего не сказав мне? Может, все же объяснишь, в чем дело?

— Хорошо, я постараюсь. — Оливия отчаянно старалась сохранять спокойствие, хотя от его холодной надменности ее бросало в дрожь. — Но Эрмина наверняка все тебе уже рассказала.

— Да, однако я хочу это услышать из твоих уст. Похоже, ты вне себя.

— Изволь. Прогуливаясь по окрестностям, я набрела на великолепный дом — его невозможно не заметить, правда, Деннис? — Оливия посмотрела ему в глаза. — Я понятия не имела, чей он, пока не увидела твоих гостей и тебя, встречающего их. — Оливия улыбнулась, скрывая боль, которую ей доставляли воспоминания. — Тогда до меня дошло, что ты хозяин этого дома и прекрасно себя там чувствуешь без меня.

— Значит, ты подсматривала?

Деннис сунул руки в карманы брюк и стал нервно вышагивать по комнате. Он не ожидал, что поведение Оливии разозлит его даже больше, чем неожиданный приезд Терезы. Он вскипел, получив известие о том, что Оливия собирается уехать в Лондон, ничего не сказав ему, и примчался в «Холлбрунн».

— Нет, все вышло само собой. Я не шпионила за тобой, просто мое внимание привлек красивый дом. Неожиданно появился ты, да еще стал целовать эту женщину и ребенка. Как, по-твоему, я должна была реагировать?

Деннис молчал.