– У тебя был телефон, я звонил тебе!

– Я могу создать проекцию человека. Ты думаешь, я телефон не получу?

– Я целовал тебя, – прошептал Никита.

Впервые на ее золотистой коже проступил румянец, она смущенно отвела взгляд.

– Я тебя тоже… Послушай, Ник, все, что ты помнишь, действительно было. По-настоящему! Я ничего такого не планировала. Когда я поняла, что за вами, и за тобой в частности, кто-то охотится, я использовала этот образ, чтобы присмотреть за семьей. Я не собиралась сближаться с тобой! Ты мне тогда не очень-то нравился, и я думала, что мы точно не поладим. А получилось вот что… Мы поладили. Это не было игрой, и для меня все происходило точно так же, как для тебя.

– Тот образ на дороге, когда автостопщица напала на нас… Это была ты или мне почудилось?

– Я, – кивнула Регина. – К тому моменту я уже очень хорошо чувствовала тебя и… ты стал мне небезразличен. Когда я поняла, что ты сильно напуган, я поспешила к тебе. Преимущество иллюзии в том, что она легко двигается через пространство. Мне пришлось устроить ту аварию, потому что иначе я не спасла бы вас. На вас напал призрак девушки, которая много-много лет назад умерла под колесами автомобиля. Авария стала единственным способом освободить ее душу. Я надеялась, что на этом все и закончится, но нет. Андреев умудрился запереть твое сознание в призрачном мире. С твоим телом все было в порядке – но ты не просыпался. Врачи не могли этого объяснить, твои родные были в ужасе. А я знала, что если я очень быстро что-то не изменю, будет уже поздно.

– Ты понимала, что это может быть ловушкой?

– Да. Но я должна была рискнуть.

Он тогда думал, что девушка-птица – всего лишь счастливое воспоминание, противовес монстрам, поселившимся в его памяти. А она была с ним каждую секунду, она оберегала его! Причем в двух ликах сразу: и как Регина, и как девушка-птица.

Она позволила Андрееву поймать себя. Она чуть не умерла – и все ради него! Что важнее: это или ее ложь? Все стало таким запутанным, и Никита не знал, как быть дальше. Он устал, ушибы и ссадины, оставленные нападением, зверски болели. Ему нужно было принять какое-то решение, но решения не было.

– Что нам теперь делать?

– Понятия не имею, – растерялась Регина. – Люди, с которыми я жила, никогда не знали, кто я такая. Не могла же я рассказать им про химеру! В семье Гурьевых Лиза о чем-то догадалась, но и ей было далеко до правды. Твоим родителям я тоже не могу рассказать, извини…

– То есть, если ты вернешься в наш дом, ты снова будешь изображать калеку?

– Я должна. Они не поймут то, что происходит на самом деле.

Как будто лжи было мало! А с другой стороны, она ведь права. Ира и Гриша – классные, вопросов нет. Но они точно не те люди, которые поверят во всю эту муть с химерами. А если Регина докажет им, у них головы повзрываются! Ульяна… она, может, и поймет. Но не прямо сейчас, после всего, что недавно произошло, ей нужно время на подготовку. Так что да, придется врать и хранить тайну.

Регина, до этого сидевшая рядом, отстранилась и грустно усмехнулась.

– Есть и еще один путь.

– Какой же?

– Я так понимаю, с подачи Андреева я считаюсь пропавшей без вести?

– Да…

– Давай я действительно исчезну. Это я сумею! Сменю внешность, имя… С моими силами я не пропаду. Не бойся, умирать я не собираюсь. Даже если ты не готов простить меня, ты все равно дал мне силы, чтобы жить дальше. Я справлюсь! Я…

Он не позволил ей договорить. Мысль о том, что сейчас он потеряет ее, странную девушку-птицу, и больше не увидит никогда, мигом выжгла все сомнения.