Но тут вернулись Синтия с Генри, и Мейсон отделался легким испугом.

– Как успехи? – спросила Синтия.

– Что? – Чарлз с виноватым видом поднял глаза, осознав, что так и не успел приступить к воспитательной миссии, и посетовал: – Никак… Вы же не дали нам времени. А такие дела быстро не делаются!

– А ты, надо думать, отклонился от темы и тебя занесло невесть куда! – Синтия хмыкнула. – Так я и знала! Ну ладно. Времени у нас нет.

Она присела на диван рядом с Флоренс и взяла ее за руку, требуя внимания:

– Послушай, что я тебе скажу, дорогая моя. Ты должна вернуться к Стэнли, вот и весь разговор. Тебе прекрасно известно, что у твоего отца с Мак-Килаками деловые связи. Как, по-твоему, что будет с его фирмой, если ты порвешь со Стэнли? – Она сурово воззрилась на дочь. – Нельзя думать только о себе. Не забывай, отец уже не мальчик. Неужели ты допустишь, чтобы из-за твоей блажи пострадало его дело? Ведь это твой родной отец!

Изумленная такой заботой матери о бывшем муже, Флоренс молча таращила на нее глаза. А Чарлз не на шутку растрогался.

– Синтия! У тебя золотое сердце! Я и не знал, что ты обо мне так беспокоишься.

– Разумеется, беспокоюсь! – подтвердила она. – А что тут удивительного? Что ни говори, мы с тобой не чужие люди. – Она кивнула на дочь. – Нас с тобой навеки связал вот этот дивный плод любви. Хотя последние годы мы не всегда понимаем друг друга…

– Последние годы? – Глаза Чарлза зажглись юмором. – Синтия, ты так изящно формулируешь мысли! Я бы сказал, последние два-три десятилетия…

– Чарлз! Прошу тебя, не сбивай меня с мысли!

– Извини, дорогая, я весь внимание.

– Флоренс, твой отец всегда тебе помогал, а теперь он нуждается в твоей поддержке! – продолжала давить Синтия с привычной легкостью. – Ты не можешь его подвести.

Все смотрели на Флоренс, ожидая капитуляции.

– Нет, – тихо, но твердо сказала она.

Зрители в изумлении открыли рты.

– Нет? – переспросила Синтия, хотя прекрасно все расслышала.

Флоренс подняла голову и посмотрела матери в глаза.

– Нет, – повысив голос, повторила она. – Этого не будет.

– Чего «этого»? – уточнила Синтия.

– К Стэнли я не вернусь, – спокойно объяснила Флоренс.

– Он простит тебя, вот увидишь…

– Мама, дело не в этом.

– А в чем?! – Синтия теряла терпение.

– Я не люблю Стэнли. И не могу выйти за него замуж.

– Бред!

– Извини, – Флоренс перевела взгляд на отца, – но я не могу.

Обстановка накалялась, и Мейсон решил, что пора вмешаться.

– Флоренс все сказала. – Он шагнул вперед и сложил руки на груди. – Она остается здесь.

Синтия оглядела его с головы до ног, словно только что заметила его присутствие, и холодно-любезно спросила:

– Позвольте, а какое вы имеете отношение ко всему этому?

– Извольте, объясню. Насколько я понял, у каждого из вас в этом деле свой корыстный интерес. А я, как говорится, лицо незаинтересованное.