Священник поспешил в дом.

Они доехали до дома братьев Лоу и припарковались, преодолев многочисленные выбоины на грунтовой дороге, которые заполнились водой и тем самым превратились в настоящую полосу препятствий. Кучи мусора утопали в лужах. Когда они проходили мимо собаки, свернувшейся возле своего ящика, она гавкнула только один раз — для проформы.

Дом братьев Лоу по-прежнему выглядел заброшенным. Окно, разбитое Маркби во время предыдущего визита, полицейские заколотили досками. Они постучали в дверь и не получили ответа.

— Сегодня мы можем зайти по-людски, — сказал Маркби. — У меня есть ключ от задней двери.

— Где вы его достали? — спросил отец Холланд.

— Среди вещей Дэнни. Он был у него в кармане. Уверен, Гордон не стал бы возражать. Это лучше, чем снова вламываться через окно.

Внутри все было совершенно так же, как в прошлый раз. Никаких следов чьего-либо присутствия. В воздухе пахло пылью. Под дверью лежала почта. Маркби собрал ее и стал просматривать:

— Футбольный купон. Рекламный проспект. Письмо от управления налоговых сборов. Вряд ли они тут что-нибудь соберут. Личных писем нет.

— Да кто бы им стал писать? — отозвался священник.

Маркби поднял с ворсистого коврика две бесплатные газеты и положил их на столик вместе с остальной почтой.

— Ну, мы можем с уверенностью заключить, что домой он не возвращался.

— Что будем делать? — Отец Холланд опустился в рахитичное кресло и сложил руки на коленях. — Он никогда не вернется, я это костями чувствую.

— Это сырость, Джеймс! — попытался пошутить Маркби.

На самом деле он чувствовал то же самое. Надежда на то, что Гордон жив, стремительно улетучивалась. Они обыскали все вокруг: поля, огороды, пригородные рощи, строения. Если бы тело было где-то поблизости, они бы его нашли. Если только его не зарыли, как Кимберли. Останки Кимберли обнаружили только через двенадцать лет, да и то по чистой случайности. Оставалось только надеяться, что с Гордоном будет иначе.

Не следовало совершать ошибку, которую допустили полицейские, расследовавшие исчезновение Кимберли. Они решили, что с девушкой все в порядке, что она просто уехала. В то время как она была уже мертва.

Гордон-то уж точно никуда не уезжал. Он не взял ни единой вещи. А ведь он по натуре селянин, и привычка значит в его жизни все. Дом — его логово, его убежище. Он обязательно сюда вернется, если только жив. Чем дольше его нет, тем подозрительнее. Не исключено также, что он потерял память. Но даже если и так, где он?

— Ну ладно, — сказал Маркби. — Пошли опять по соседям.

Соседская женщина снова была в огороде, опять вешала белье несвежего вида. То ли она искренне верила в очистительную силу солнца, то ли просто следила за Маркби и священником.

Маркби подошел к забору:

— Доброе утро! Мы все еще разыскиваем Гордона Лоу. Вы его не видели?

Женщина вытащила прищепку изо рта:

— Гордона? Нет.

— Никто из посторонних не подходил к его дому? Вы никого не видели?

— У Гордона неприятности? — с подозрением спросила соседка.

— Нет, никаких проблем с полицией. Но нам кажется, он в плохом состоянии. Нам необходимо его найти. Вам известно, что его брат погиб?

— Дэнни? Да, я слышала.

— Это вас не удивило? — спросил Маркби.

Вопрос, казалось, застал женщину врасплох. Она нахмурилась:

— Удивило? Да, удивило. Они не очень-то общительны. Я живу здесь уже пятнадцать лет, и мы ни разу друг с другом не разговаривали, только здоровались.