- Гракс... мы сделали все, чтобы доказать  нашу...  нашу  добрую  волю.

Изгнание будет или нет?

   - Не будет. Изгнания не будет, - ответил наконец гед.

   Мускулы на лице человека внезапно дрогнули,  Гракс  прежде  никогда  не

видел такого лица и не смог понять, что оно выражает.

   - Ты  хочешь  остаться?  -  спросил  гед  и  снова  почувствовал  запах

удивления. - Ради науки? Чтобы учиться?

   - Да, - ответил Дахар, и мускулы его лица застыли.

   Понять происходящее было трудно. Но ни у одного человека, кроме  жреца,

не было такого сильного желания учиться, и все же другие тоже  согласились

на альянс. Что все это значило? Даже Энциклопедист не понимал,  как  новые

взаимоотношения людей могут повлиять на Ключевой Парадокс.

   Когда Гракс, оставив больного великана, вернулся к своим, то оказался в

тумане самых  сильных  запахов,  какие  только  мог  припомнить  на  Коме:

изумление, печаль, гнев. Энциклопедист продолжал рокотать,  сообщая  новые

подробности катастрофы Флота. Феромоны омывали, затягивали  его,  изменяли

его собственные запахи, такие сильные, будто периметр был гнездом, а он  -

всего лишь подростком.

   - Гракс, ты здесь...

   - Мы поем в гармонии...

   - Гракс пришел...

   - Гракс...

   - Гармония...

   Прошли часы, прежде чем началось численно-рациональное обсуждение,  еще

несколько  часов  потребовалось  на  то,  чтобы  геды  пришли   к   своему

единственному решению: пока  люди  необходимы  для  изучения,  насилие  не

должно  прервать  жизнь  ни  одного   из   шестерых,   создавших   альянс.

Энциклопедист будет защищать их, если необходимо, даже в Эр-Фроу, а  геды,

в чьих группах занимаются эти шестеро, попытаются узнать  от  других,  как

остальные люди относятся к соглашению "Кридогов".

   Комната дымилась от истощения. Наконец, с облегчением и с печалью  геды

потушили настенные экраны и соскользнули в транс Единения,  чтобы  слиться

во имя мертвых.

31

   Ни один часовой не окликнул Дахара, когда  он  проходил  через  внешние

посты, а затем шел через лес. На опушке перед едва  различимым  в  темноте

залом командующей он остановился.

   Исхак заметил его еще до того, как он показался из-за деревьев.  Старый

воин держал наготове нож и дробиночную трубку гедов, ждал, стоя в проходе.

   Дахар остановился в шести шагах от него, но не извлек своего оружия.

   - Исхак, я хочу поговорить с командующей.

   - Нет.

   - Это ее приказ или твое решение?

   - Ее. Командующая не встречается с джелийскими  горожанами,  -  он  дал

Дахару время ответить  на  оскорбление,  но  Дахар  промолчал.  -  Но  она

передала мне сообщение для тебя.

   - Говори.

   - Тебя пропустили через посты в  последний  раз.  Тебе  не  разрешается

брать  ничего  из   зала   братьев-легионеров,   за   исключением   твоего

собственного оружия.