помогла, когда ее дружок был болен, так? Она убежала к нему от  джелийских

легионеров. Этот огромный варвар и крохотная девочка...  она  выглядит  не

старше одиннадцати. Почему она там одна? Что случилось с великаном?

   - Он умер.

   Ондар выжала полотенца.

   - У тебя девочка такого же возраста... Мне тоже жаль  эту  проститутку,

она почти ребенок... Их легионерам нравится, когда это делается  насильно,

ты же  знаешь.  Животные!  Должно  быть,  ее  тоже  захватили  в  плен  из

какого-нибудь племени варваров - она меньше ростом,  чем  любая  джелийка,

которую я видела  в  Эр-Фроу.  Я  никогда  не  слышала,  чтобы  кто-нибудь

рассказывал, что она умеет говорить. Она что, немая?

   - Нет.

   - И говорит с джелийским акцентом?

   - Да.

   - Но тогда зачем ты ей помогала?

   "Будь осторожна", - снова предупредила себя Эйрис.

   - Потому что она такая маленькая и  беззащитная.  Ондар,  у  тебя  были

дети?

   Лицо Ондар снова  замкнулось,  будто  в  ее  душе  захлопнулась  дверь.

Женщина поднялась.

   - Я закончила. Еда здесь, Эйрис. Ешь, пока она горячая. Я зайду  позже,

после Дома Обучения.

   - Прости, Ондар. Я не хотела задавать ненужные вопросы...

   - Забудь об этом! - Ондар вздрогнула, встала спиной к Эйрис,  но  через

несколько секунд повернулась к ней лицом, широко улыбнулась, затем сказала

решительно: - Мне надо идти в Дом Обучения. Кстати, ты знаешь,  что  вчера

не прошло и часа с начала занятий, как все геды ушли? Все. Ушли, да так  и

не вернулись. И мы, конечно, тоже ушли. Я должна... Мне  надо...  -  Голос

Ондар споткнулся, женщина стремительно направилась к выходу.

   Эйрис долго лежала не шевелясь. Она думала о  СуСу,  такой  одинокой  в

пустом зале, об Ондар, которая, возможно, отправилась  с  Каримом  в  свою

комнату, а вовсе не в Дом Обучения, о Дахаре  -  прежде  всего  о  Дахаре,

потому что не знала, где он, не грозит ли ему опасность. Она не  спросила,

куда он идет, не успела. Пустят ли его в зал легионеров ведь он больше  не

брат-легионер? А может быть, он пошел к джелийским  горожанам  или  в  Дом

Обучения, к гедам?

   Потом Эйрис стала размышлять о гедах, которые  наблюдали  за  людьми  в

каждой комнате Эр-Фроу. А может, она ошибается, думая, что оранжевые круги

это глаза, а не что-то  еще  абсолютно  ей  неизвестное,  какое-то  другое

изобретение гедов. Эйрис стиснула руки. Она сомневалась, понимает ли  хоть

что-нибудь здесь.

   Наконец ей удалось заснуть, но сон ее был беспокойным.  Проснулась  она

от  страшной  боли  в  ноге  -  джелийское  лекарство  наконец   перестало

действовать. Сколько времени прошло с тех пор, как ушла  Ондар?  Эйрис  не

знала, у нее не  было  чувства  времени,  как  у  брата-легионера.  Кто-то

настойчиво постучал в дверь. Больная нашла в себе силы дотащиться до двери

и открыла ее, хотя чуть  не  потеряла  сознание.  В  комнату  проскользнул

Карим. В руках у него был, как показалось женщине, какой-то узел.