— Мать твою, — вопил он, — я щас усрусь!

Они секунду глядели друг на друга — с ужасом и облегчением. Читаец руками сбил пламя с рукавов Тига. Обхватив друг друга за плечи, они побрели в ночь, мимолетно опьяненные нахлынувшей телесной химией боевой дружбы.

10

Агенты удачи

Три часа пополуночи. Валентайна Спрэйка и след простыл. Майкл Кэрни, спотыкаясь, брел по северному берегу Темзы. Ему почудилось, что рядом раздался голос; он кинулся к деревьям и укрылся там. Снова накатил ужас, и весь остаток дороги до Твикенхэма Кэрни пробежал в ветреной тьме, не в силах овладеть собой. Чуть погодя он опомнился и попытался собраться с мыслями, но перед глазами маячил лишь образ Шрэндер. Он решил позвонить Анне. Потом передумал и захотел вызвать такси. Руки так дрожали, что набрать номер не удалось, и в итоге Кэрни просто вернулся вдоль канала по бечевнику на восток. Часом позже он оказался у двери дома Анны. Анна вышла в длинной хлопковой пижаме, раскрасневшаяся, и за два фута от нее веяло теплом.

— Со мной Тим, — нервно проговорила она во мрак.

Кэрни уставился на нее.

— Кто такой Тим? — спросил он.

Анна оглянулась.

— Все в порядке, это Майкл, — крикнула она, а Кэрни ответила: — Ты бы не мог утром вернуться?

— Я просто заберу кое-что, — взмолился Кэрни. — Я ненадолго.

— Ну, Майкл…

Он проскользнул мимо нее. Внутри густо пахло воском и духами. Путь в комнату, где хранились его вещи, вел мимо спальни Анны. Дверь оказалась приоткрыта. Тим, кто б это ни был, восседал, прислонясь к спинке кровати, и его профиль в три четверти выхватывало из тьмы желтое сияние пары-тройки ночников. На вид ему можно было дать лет тридцать пять или около того: кожа в порядке, тело худощавое, но атлетичное. Такой и хорошо за сорок будет казаться молодым человеком. В одной руке Тим держал бокал красного вина и задумчиво разглядывал его.

Кэрни смерил Тима взглядом.

— Кто, — произнес он, — это, черт побери, такой?

— Майкл, это Тим. Тим, это Майкл.

— Привет, — сказал Тим, подняв руку. — Можно я не буду слезать?

— Иисусе Христе, Анна!.. — только и вымолвил Кэрни.

Вернувшись в дальнюю комнату, он после кратких поисков обнаружил там чистые «левайсы» и старую черную кожанку: ему она когда-то так нравилась, что выбросить пожалел. Он переоделся. Была там еще курьерская мотоциклетная сумка с логотипом «Марин» на откидном кармане. В эту сумку Кэрни принялся опорожнять содержимое ящичков маленького зеленого стеллажа. Случайно подняв взгляд, он вдруг заметил, что Анна стерла со стены нанесенные мелом диаграммы. Он задумался: с какой целью? Было слышно, как она о чем-то спорит в спальне. Когда Анна пыталась что-то объяснить, ее голос становился детским, капризным. Через минуту она, кажется, сдалась и резко бросила:

— Конечно нет! Ты что это хочешь сказать?

Кэрни вспомнил, как она с ним говорила в такой же манере. От двери донесся шум, и внутрь просунулась голова Тима.

— Не надо, — остерег его Кэрни. — Я уже на нервах.

— Может, тебе помочь?

— О нет, благодарю.

— Ты пойми, сейчас же пять часов утра, а ты приперся весь в болоте.

Кэрни пожал плечами.

— Вижу, — сказал он. — Знаю.

Анна гневно зыркала на него от двери.

— Всего хорошего, — как можно теплее попрощался он с ней.