Брелгин и харперы знали лишь, что он был в Ночных Масках. Но не его положение в организации. Если бы они узнали и это…
Расталкивая прохожих он добрался до харпера и зашагал рядом.
Напряжение между ними заставило обоих молчать, пока они продолжали двигаться на сквозь город к северу. Полагавший, что его ведут в другое укрытие харперов, Кейл был удивлен и обеспокоен когда перед ними показались высокие, изысканные храмы района Церквей.
“Нам туда?” обратился он к Брелгину.
“Скоро увидишь”, проворчал харпер. Они повернули на Бульвар Храмов.
Хотя в других местах Селгаунта также было возведено несколько храмов, большинство расположилось в северной части города, пяти больших кварталах ставших известными как Храмовый район. Насколько мог разглядеть Кейл, перед ним были сплошные шпили, купола, колокольные башни, позолота и статуи. Вдалеке звенели праздничные колокола высокого храма Денейра, посылая ввысь голос жрицы. Справа доносился мягкий звон из небольшого храма Латандера Утреннего. По бульвару прогуливались верующие. Низкий рокот их голосов смешивался с колоколами и гонгами, создавая случайный, но странно гармоничный оркестр.
Намеренно избегавший даже появляться здесь, Кейл не переставал удивляться архитектурному разнообразию храмов. Некоторые были построены из гранита, какие-то из известняка, а другие были кирпичными. Каждый отличался от других по устройству — тут купол, там башня, здесь простая кубическая коробка. И тем не менее, Кейл вынужденно признал, что подобный архитектурный диссонанс нес в себе особую символическую красоту — храмы различных богов сосуществовали в мире на Бульваре Храмов. Если бы в тайном мире Селгаунта царило такое же взаимопонимание.
У дверей многих храмов уже скопились верующие, готовясь к утренним службам. Монахи и жрецы встречали их при входе. Облака ароматного дыма выплывали из дверей, рассеиваясь на холоде.
Кейл заметил, что по улице лишь изредка проезжали экипажи, и большинство верующих у входов носили одежду простолюдинов. Он ничего иного и не ждал. Аристократия в основном устраивала часовни в своих особняках, и когда необходимо благородные покупали доступ к высшему жрецу. В Селгаунте за деньги можно было купить благословление с такой же легкостью, что и хлеб.
Печально покачав головой, Кейл следовал за Брелгином.
Когда их глазам открылись гладкие мраморные стены храма Денейра, харпер резко повернул туда. За ним направился и Кейл, чье беспокойство о судьбе друга все росло.
Построенный из плит серого гранита и зеленого мрамора — и то, и другое привезенное с величественных Громовых пиков в двадцати милях к северу — двухэтажный, угловатый храм Божественного Писца был обращен к улице. Несмотря на приглашающую лестницу и прекрасный портик с колоннами, снаружи не ждали разрешения верующие.
Ничего удивительного, подумал Кейл. Частью его обучения языкам в Ночных Масках были уроки у мага, поклонявшегося Денейру, полуслепого ученого Тивиса, говорившего на стольких языках, сколько Кейлу было лет. От Тивиса он узнал, что служение Божественному Писцу влечет больше ученых, а не простых людей.
Мраморный фриз на верху стены был испещрен молитвами к Денейру, и некоторые языки Кейл не смог даже распознать. Две мраморные статуи, обе изображавшие старца в раздумьях склонившегося над открытым томом, обрамляли закрытые двойные двери. Над дверями была написана фраза на общем: “Сохранение знаний есть служение смертным и богам”. Брелгин поднялся по ступеням, распахнул двери и вошел внутрь. Следом Кейл.
Два храма, в которых побывал Эревис Кейл, были уставлены скамьями, снабжены чашей для подношений, кафедрой и алтарем. Насколько он мог судить, здесь ничего такого не наблюдалось. Само это место куда больше напоминало библиотеку, чем церковь. В выстланной коврами комнате на столах были разложены бумаги, свитки, чернильницы и раскрытые книги. |