Но ее глазам было видно, что она страдает не меньше, чем я. И однажды, когда наши руки случайно прикоснулись, я заметил, как ее щеки залились яркой краской. Я мечтал о ней далеко за полночь, я беспокойно метался в постели, как больной лихорадкой. Молился, чтобы ко дню ее свадьбы я смог бы очистить свое тело и душу от этого наваждения.

Случилось так, что однажды Ревека отправилась в Иерусалим навестить свою мать и сестер, а я остался давить оливки. Я знал, что Саул уже находится в храме, ища учеников, чтобы создать собственную школу. Мой управляющий отправился в Иерусалим со свежевыдавленным оливковым маслом, а несколько моих рабов устроили сиесту в тени.

Видно, в тот день сама судьба привела Сару в мой дом. Будто наши звезды были нерасторжимо связаны с первых часов рождения. Я вышел из тени под ярким солнцем, с трудом веря своим глазам. Казалось, будто ко мне приближается видение.

Лицо Сары прикрывала вуаль, она опустила глаза. Сара пожелала мне хорошего дня и объяснила, что принесла корзинку с медовыми коврижками для Ревеки и меня. Она их только что испекла, коврижки еще горячие.

Когда я сказал ей, что Ревеки нет дома, а я остался один, Сара взглянула на меня, и мое сердце возликовало.

«Возьмите коврижку», – сказала она, протягивая мне корзинку. Коврижки были выпечены с медом, пудрой робинии и вкусными орехами.

Но я не мог есть. У меня пересохло во рту и перехватило в горле. Мое сердце билось, словно у юноши.

«Присядем в тени», – предложил я и взял у нее тяжелую корзинку.

Мы шли некоторое время, наслаждаясь жарким летом и свежим воздухом. Временами мы останавливались, наблюдали за птицами и вдыхали аромат цветов.

«Здесь так тихо, – сказала Сара, когда мы прошли уже довольно большое расстояние. – Здесь не так, как в городе, где полно народу и шумно. Здесь, среди деревьев, так спокойно».

Мы решили немного посидеть в тени сосны, тяжелые ветви которой опускались низко и распростерлись, словно руки, протянутые к небу. Когда мы сели, я заметил, что отсюда дом не виден.

«У Саула уже появился один ученик, – сказала Сара, опустив глаза. Она сидела, скромно подобрав маленькие ножки под себя. – Это сын бедного торговца, которому не по карману отправить своего отпрыска к более известному раввину».

Я ответил: «Все знаменитые люди начинают скромно. Придет время, когда Саул станет не менее известным, чем Елеазар».

Какое-то время мы сидели молча.

Я спросил ее: «Сара, на какой день назначена свадьба?»

«Она состоится через два месяца, когда Саул сможет купить небольшой дом в городе. Это скромный домик, но он будет принадлежать нам».

«Через два месяца, – подумал я. – Станет ли мне легче бороться с этой страстью, когда она выйдет замуж, или же это ничего не изменит?»

Пока мы наблюдали, как резвятся белки, Сара рассмеялась и у нее соскользнула вуаль. Когда я увидел ее черные волосы, ниспадавшие на плечи и грудь, моя страсть разгорелась еще больше.

«Сара, – сказал я, – мне трудно бывать с тобой вместе вот так».

«Мне тоже», – ответила она.

«Саул – мой лучший друг и брат, я не могу предать его».

Она прошептала: «Знаю».

Несмотря на это, я ничего не мог поделать с собой. Я весь дрожал, в моей душе шла отчаянная борьба с вожделением, завладевшим мною.