– Однако выражение «новая эра» встречается не так часто. – Ей пришлось идти в два раза быстрее, чтобы не отставать от него.

– Да, надо думать. – В действительности Бен никогда не задумывался об этом. Еврейские историки и ученые отказались от употребления выражения «наша эра» (ибо под ним подразумевается, что говорящий согласен со значением этого выражения) и предпочли выражение «н. э.» – новая эра, которое более объективно, хотя и обозначает то же самое. – Какое отношение к этому имеет то, что я немец?

– Видите ли, это выражение придумали евреи.

На миг на его лице отразилось некоторое удивление. Он тихо рассмеялся и сказал:

– Теперь мне понятно. Что ж, думаю, что в таком случае все в порядке, ибо я также и еврей.

Джуди Голден застыла на месте.

– Вы правду говорите?

Бен посмотрел на нее сверху вниз – у нее был озадаченный и насмешливый взгляд.

– В чем дело? Подождите, только не говорите мне: я не похож на еврея. Вы так считаете?

– Да нет же, – ответила смущенная Джуди. – Удивительно, что я иду рядом с вами после того, как так оплошала. Я именно так и думала. Знаете, мне самой это не нравится.

Они снова пошли в сторону ближайшей парковки.

– Теперь все ясно, – сказала она.

– Что ясно?

– Что означает «новая эра».

– Боюсь, что не все так ясно. Я прибегаю к этому выражению, потому что оно объективно и ничего не сообщает о вере говорящего. Я пользуюсь им из-за его нейтрального оттенка, а не из-за отрицания веры, которую подразумевают слова «Anno Domini» – год нашего Господа. Однако во множестве книг, которые я сейчас читаю, оно используется. К тому же не один из моих коллег пристрастился к нему. Евреи не имеют на него монопольного права. Если кто-то говорит «наша эра» вместо «новая эра», это еще не означает, что он сионист.

Ее рука машинально схватилась за кулон.

– Знаете, – сказал Бен, пока они подходили к парковке, – вы говорите на иврите как на родном языке. Вы бывали в Израиле?

– Нет, но мне хотелось бы когда-нибудь там побывать.

Они остановились у входа на стоянку автомобилей. Позади них оранжевое небо становилось красным, а впереди оно переходило от лавандового цвета в пурпурный. Бен из вежливости ждал, когда Джуди скажет еще что-нибудь, но надеялся, что она промолчит. Наконец он сказал:

– Таким людям, как вы, которых интересует религия, иврит и наследие иудаизма, следует продать все, что они имеют, и купить билет в одном направлении – в Израиль.

– Я уже пару раз собиралась так поступить, но все время возникало какое-нибудь препятствие. Трудно собрать достаточно денег. Как бы то ни было, спасибо, что, вы уделили мне время, доктор Мессер. До свидания.

– До свидания.

Древняя рукопись из Александрийского канона с укором ждала Бена, пока он, держа бокал с вином в одной руке и незажженную трубку в другой, смотрел на нее. Рукопись (или, точнее, ее фотокопию) прислал доктор Рендолл две недели назад, чтобы Бен сделал более точный перевод. Ее нашли в коптском монастыре в пустыне близ Александрии, а теперь она хранилась и Египетском музее Каира. Это была греческая рукопись, и находилось много черт, обнаруженных в каноне Ватикана, копии Септуагинты IV века, составленной в Египте. Папирус Рендолла назывался «Послание Марка» и содержал в себе много неточностей, и, хотя его, бесспорно, писали много веков назад, он, скорее всего, был подделкой.