Вот почему, когда к нему с таким триумфом явились синки во главе с королем Джалинком и Летучим Барсом, чья подпись стояла на договоре, дающим право проживать народу дреммов на земле Ихобберы, король Маракас не выказал восторга. Напротив, он озабоченно, проделав все положенные в таком случае церемонии встречи королей, раздарив подарки, приняв подарки, произнеся все пустые речи, рассыпавшись в любезностях лукавых, наконец, поведал причину своего беспокойства. Как водится у дреммов, закатывал глаза, тряс рукавами, скорбно подвывал, кидал через плечо регалии, сморкался в наволочку и пел скабрезные стишки.

Король Джалинк и Ярс Стамайер наблюдали с отвращением все эти выкрутасы и ждали, когда мерзейший старикашка изволит приступить к сути дела. Бедные герои! Слишком возвышенные, чтобы оценить коварство. Слишком непосредственные, чтобы быть мудрыми. Слишком неопытные, чтобы вникать в приемы искушенных в хитрости старых лицемеров!

— Короче, что вы желаете от нас? — с надменностью, достойной юных Барсов, спросил Ярс Стамайер.

Он-то полагал, что великолепие подарка, преподнесенного им с щедростью, достойной императора, должно подвигнуть старого колдуна на восторг и благодарность. Оттого он с презрением едва терпел его убогие маневры. Ярс полагал, что тот со стариковской жадностью выгадывает еще какую-нибудь мелочь, желает избавиться и от расходов по переселению. Так же думал и Джалинк, ему лишь было неудобно перед торговцем, словно гадкий старикашка ему являлся дядей.

— О, мои юные друзья! — залебезил Маракас, стряхивая с кончика носа каплю. — Судите сами, золотки мои, разве я выдержу перелет на корабле?! Разве перегрузки не сплющат мой старый организм в коврик, чтобы ноги вытирать при входе в корабельный модуль? Ох, подождите, милые мои герои, вот помру я всего лишь через полсотни планетарных лет, и мой потомок с благодарностью взойдет на ваш корабль, чтобы отправляться с вами к звездам. Тут вошел потомок. Лет через пятьдесят он станет копией папаши.

— Пойдем отсюда, король Джалинк, — холодно сказал Летучий Барс, — я полагаю, что настало время заявить в галактическом агентстве о найденной планете типа С. Это, конечно, встанет королю Маракасу дороже. Но через полсотни лет его достойный отпрыск, конечно, сумеет уплатить не только цену за планету, перелет, но и налоги. Впрочем, я не думаю, что планета типа С столько лет прождет своих переселенцев.

— Ой, солнышки, — загрустил король, — не надо так поспешно! Вы, Летучий Барс, конечно, помните условия договора, составленного вами и моим отцом всего лишь сотню планетарных лет назад. Я был тогда таким же юнцом сопливым, как и мой отпрыск, которого вы видели сегодня. И я помню все те наставления, которые прочел мне король, мой незабвенный батюшка Терлинк. Запомни, сынка, сказал он мне, нет ничего достойнее и благороднее той клятвы, что дал в присутствии народа дреммов и аборигенов синков сей величайший из торговцев Космоса, Летучий Барс Стамайер Ярс. Учися, и ты, мой сынчик, как следует быть королями. Вот юношеские сопельки мои уж превратились в холодный насморк старца, а Летучий Барс Стамайер, как был молодцом двести лет назад, так и теперь, что твой тополек! Так вот, прекрасной вашей стройности я хочу напомнить и надеюсь, что за пару локальных корабельных лет вы не утратили, мой сладкий, ни грана памяти, что было бы прискорбно. Но, впрочем, папка мой, король Терлинк, однажды позаботился об этом и приказал своим каменотесам вытесать на стеночке колонной залы нашего дворца весь договор тот, слово в слово.