— Живой кристалл! — обрадовались иббы.

Мона рассвирепела и вперлась в компанию, нахально растолкав всех четверых.

— Кристалл Стайса. — проронил Галлах. — Он где-то в подземелье. Эрреба вдруг протянула руку и потерла пальцем фиолетовую грань.

* * *

Они сидели молча с зачарованными лицами и слушали голос Леа Барри. Бесплотный торговец рассказывал о том, как он с Эрребой, Счастливым Ветром, скитался по просторам Ихобберы, ища неведомый цветок гиммеры. Они вновь переживали встречу с Селенниром, королем-бродягой. Давно пропавший на планете звездный торговец рассказывал для принцессы Феанноры о своем безуспешном поиске того, что могло быть исцелением ее. Он не нашел гиммеру. И в поиске он потерял своего друга, Эрребу. Но он обещал вернуться. Он обязательно вернется.

Подожди немного, Феаннора. Я знаю, я помню, я вернусь. Я помню, принцесса, твой прощальный дар. Я сохранил его. Твой дар сохранится и тогда, когда мы оба истлеем в катакомбах времени. В холоде жидкого азота хранится память о принцессе. Хранятся ее яркие, как черное пламя, глаза. Хранится смуглая кожа. Хранится гибкая фигура. Я вернусь и привезу спасение. Я сберег твои слова, принцесса. Прости меня, что я не понял раньше. Прости меня, я принял признание в любви за слово благодарности. Мы встретимся с тобою, Феаннора.

Когда кристалл утих, никто не пошевелился. Все пятеро сидели в полутьме отсека, переживая каждый свое. Эрреба закрыла глаза. Мона вздыхала.

Они ошиблись. Это был кристалл Барса. Его кристалл, оставленный принцессе после года странствий в поисках гиммеры. Что-то произошло. Как-то это послание покинуло дворец в Бабеллане и очутилось в лапах Дианора. Неведомый беглец из роскошных подземелий теркского владыки думал, что уносит драгоценный камень. Решил напоследок поживиться, чтобы не бежать с пустыми руками.

Вендрикс протянул руку, чтобы выключить кристалл. Но тот заговорил вновь. Все застыли при первых звуках. Это был не наговоренный текст. Это была запись, сделанная, видимо, тайком от говорящих. Те то приближались, то удалялись. Но живой кристалл не просто звукозаписывающее устройство. Он по-настоящему живой. Он обладает любопытством. Уроженец самой экзотической планеты во Вселенной обоих Чевинков и нимры Юсса, живет в сообществе таких же кристаллов. Они рассыпаны малыми группами по сухой поверхности планеты, не имеющей ни капли влаги. Никто не знает в целом мире, как размножаются кристаллы. Но их пища — звукозапись. Если потереть пальцем красный бок, то кристалл пишет все, что звучит. Он сам регулирует громкость, модулирует и отчищает звук. Более всего кристаллы любят записывать голос и музыку. Потереть фиолетовую грань — получить воспроизведение. Стереть запись невозможно. Но это и не требуется. Вместимость кристалла так огромна, что практически неисчерпаема. Он неуничтожим. Никто не видел мертвый кристалл.

И вот раздались голоса. Оба незнакомые. Зеленая грань заиграла, что означало перемотку к началу разговора. То есть, после смолкнувшего голоса Леа Барри кто-то оставил кристалл включенным, и некоторое время тот не улавливал ничего, кроме тишины. И теперь сам подогнал воспроизведение к началу разговора. Кристаллы не любили тишину. Ее достаточно на безмолвной планете, их родине.

ГОЛОС ПЕРВЫЙ. — Я доволен темпами работ. Но, ты понимаешь, что это пока не главное. Ты еще не хозяин планеты. Кроме того, торговец ускользает от тебя. Ты испугал его. Нимра насторожился при первых звуках этого голоса.

ГОЛОС ВТОРОЙ. — Я действовал бы гораздо успешнее, если бы ты предоставил мне некоторые ваши разработки, помимо тех, которые вы мне позволили использовать. А что касается торговца, всему свое время. ГОЛОС ПЕРВЫЙ. — Отличный дизайн помещения. Клиентам должно понравиться.

ГОЛОС ВТОРОЙ.