— Чего ты тут нашла? — спросил Мосик, видя, как принцесса с довольным видом увязывает какие-то металлические штыри.

— Надо! — своенравно ответила она.

— Снаряжение для скалолазания. — ответил за нее Стиммвел. — Когда-то нас учили пользоваться им. Только у меня плохо получалось. Никак не мог отличить хорошую щель от плохой. У меня все крошились. Он подобрал и подкинул Моне горный молоток. Она прибрала и его.

— Зачем ты поперлась за мной? — тихо бросил ей Мосик. — Думала, тут в самом деле аттракцион?

Она хотела ответить ему какой-то дерзостью, даже раскрыла рот пошире. Но не успела. От двери, где дежурил Дупель, прилетел камешек и ловко залетел ей прямо в большой рот.

— Ты что кидаешься-то, доходяга?! — яростно возопила принцесса, едва не подавившись камешком.

Дупель бешено жестикулировал. Все, кроме принцессы, поняли, что он сигналит об опасности.

— Вот дерьмо! — разорялась принцесса.

— Заткнись! — гневно прошипел ей Мосик.

Они прислушались. И услышали то, чего опасались. Приближающееся жужжание.

Роботы окружали старую базу. Но лошади со всадниками осторожно миновали этот живой металлический поток. Роботы приостанавливались, шевелили усиками и обходили лошадей. Те медленно переступали через блестящие тельца.

Миновав угрозу, они не выдержали и припустили во весь дух. И тут же нарвались на засаду. Из зарослей полетели гранаты и затрещали автоматные очереди. Бой был явно неравным. Какой был интерес так воевать с безоружным противником? Дрянным должен быть тот охотник, который соблазнится такой возможностью.

Беглецы отступали обратно к базе, но в ней уже хозяйничали роботы. Отряд был зажат в угол между пропастью и стеной базы, стоящей прямо у обрыва. Другого пути, как возвращаться под укрытие стен, не было. Выбитая дверь зияла черной дырой. Все всадники торопливо направили лошадей в тусклый полумрак. Туда, где неугомонно трещала маленькая смерть. Последней вскочила лошадь Датси, а сам он с криком упал на землю. Но, прежде, чем его коснулись бешено вращающиеся пилы, милосердная пуля оборвала его молодую жизнь.

Маленький отряд осторожно пробирался мимо карабкающихся по мусору убийц. Снаружи раздавались крики и лопались под взрывами тельца роботов.

— Они здесь! — громко крикнул солдат, вспрыгивая в возбуждении на кучу мусора.

Он ловко расстрелял из автомата пару роботов. Но не успел нацелиться на беглецов, как его белое горло пронзил самодельный дротик Мосика. Вояка был еще жив, когда на него с радостным жужжанием накинулись с десяток металлических убийц. Но в дверь ломились еще солдаты. К счастью, они поначалалу были вынуждены обороняться от вертушек. Полутемное помещение наполнилось оглушительными криками. Жужжание сливалось с отборной армейской руганью, трещали автоматы, взлетала пыль. С неистовым ржанием метались среди этого ада несчастные лошади.

Беглецы стояли на краю бездонной пропасти. Перед ними была только ржавая стальная платформа с большим квадратным отверстием посередине. Сверху свисали со шкивов рваные металлические тросы. Мона ловко соскользнула в отверстие грузоприемника.

— Лезьте все сюда! Платформа держалась на мощных опорах, уходящих вглубь морщинистой скалы.

Это могло при случае дать им небольшое преимущество. Если победят солдаты, то их просто расстреляют сверху из автоматов. А, если верх одержат роботы, то есть надежда, что они не сумеют добраться до них по наклонным стальным упорам.

Все четверо застыли на самой нижней стойке, подняв вверх лица и ожидая финала.

Наверху прогремел последний взрыв. И наступила тишина. Беглецы ждали первого звука. Жужжание, или ругательства?

На краю квадратного отверстия показалась пара усиков.