Стайс не нашелся, что ответить, но человек сделал змеиное движение головой и снова прошелестел.

— Вендрикс, проныра, ты с ним болтаешь! — вдруг догадался Стайс.

«Беспокоюсь, чтобы у хозяев не создалось о тебе дурного впечатления, как о невеже, который не догадается поздороваться.» — ответил насмешливо Юсс. Теперь диалог стал доступен и Чевинку. Ментал Вендрикс легко нашел контакт с менталом Леаддиром, синком.

Стайса приглашали в Синтону, столицу Таббеты, горной страны. Король Ситумна зовет его к себе в гости.

Флайер летел медленно, приноравливаясь к скорости синков. Те величаво плыли рядом, сопровождая его почетным эскортом.

— А что, если мы ошиблись? Если это вовсе не друзья? — спросил Стайс. «Ты не Волк. Ты улитка.» — таков был презрительный ответ партнера.

Все, Вендрикс прочно влез в шкуру супергероя Эммеяра. Ему бросают звезды под ноги, ему салютуют галактики, ему рукоплещут расы, сейчас родит Метагалактику. А он, Чевинк, просто водитель флайера.

«Вредный ты, Стайс! Все испортил!» — пробурчал Юсс. И закрылся в своей половине мозга.

Глава 2

Синтона оказалась множеством воздушных куполов, гнездящихся вокруг вершин и на хребтах гор Таббеты. Каждая такая вершина, густо усаженная жилищами синков, называлась гамалой. Гамала короля — выше всех. Король синков, Ситумна, жил небогато, но власть его над огромными землями синков была, несомненно, велика. Страна Таббета лежала в стороне от прочих государств и стран Годваны. Ее со всех сторон окружали пустыни, ненаселенные никем, кроме птиц, горы, моря, ущелья, густая сельва юга, северные снега.

Стайс летел слишком низко и не мог оценить всей грандиозности Таббеты, но он помнил, как велики были эти земли, виденные им с борта корабля. И удивлялся лишь тому, что среди всех щедрот первоматерика Годваны синки избрали неприступные и холодные горы. Но горы в самом деле удивительны. Словно застывшие морские волны, подернутые синей непрозрачной дымкой. Они завораживали своей одинаковостью. И надо быть синком, жителем горной страны Таббеты, чтобы не сбиться с курса и не затеряться в холодном, неприветливом мареве горного тумана.

Синк Леаддир летел прямо перед флайером, указывая путь. Он отказался сесть с пилотом и желал перемещаться так, как привык с рождения. А, может, ему претила сама мысль о том, чтобы запереться в какой-то, пусть и очень прочной скорлупе, доверясь лишь мастерству неведомых строителей такой невиданной, сплошь металлической гамалы. И еще умению пилота, подсказал Стайсу неугомонный Юсс. Он подслушал мысли Леаддира.

Стайс, сам того еще не зная, проникся к молодому синку симпатией. Тот ему казался существом столь благородным, что невозможно было представить его ищущим обмана. Юсс усомнился в такой поспешности суждений, но решил не спорить, чтобы не возбуждать в улитке Стайсе еще больших опасений по поводу грядущего. Сам Вендрикс был авантюристом, достаточно рисковым, чтобы сунуться с разбегу в любую неприятность, как он и доказал это однажды, сгорев в челноке над новой планетой. И неизвестно еще, что к этому привело. Стайс помалкивал, но полагал, что Юсс ввязался в бой и проиграл. Ремесло Волка тем еще опасно, что разведчиков и грабителей в Космосе хватает, а Гильдия от них не защищает.

Он кружил вокруг гамалы короля, пока Вендрикс не сообщил ему, что на вершине есть пятачок, свободный от всего. Это место размышлений для короля. И тот жертвует гостям своим ежевечерним отдыхом.