— Бронированный, козёл! — крикнул он, отскакивая от свистнувшего хвоста.

Магмоплюй развернулся, пытаясь схватить лазутчика пастью, но тут же голова монстра буквально впечаталась в пол, пригвождённая булавой.

— Да и похрен! — рыкнул Шугабой, победоносно поднимая оружие, — Как ты там говорил, Архар? У меня дробящий урон?

— Наверное, — бросил я, едва перехватив разрядом льда плевок от последнего оставшегося Магмоплюя.

В общем, тактика требовала ещё немного настройки, но было очевидно, что эти катакомбы для нашей группы не слишком сложные. Главное, чтоб пауков опять не было.

Вот только, к сожалению, пинговой жилы, как под прошлой базой сюнэ, здесь не обнаружилось. Скучные и монотонные залы с монстрами, один за другим…

Но зато обнаружилось, как можно выцеплять мобов из зала. Неожиданно полезным оказался навык лазутчика, позволяющий растворяться в тени — он просто забегал в пещеру, показавшись на глаза первому же встречному Магмоплюю, и тут же нырял в любую тень. Если её не было, то Бинтик протягивал паутину ко входу, чтобы хоть одна полоска тени оказывалась на полу — этого Груздю хватало, чтобы исчезнуть и возникнуть снова в коридоре.

Вот и получалось, что вылезал в коридор только один заинтересованный Магмоплюй — остальные, видимо, не верили ему, что он что-то видел, и монстр упрямо пытался это доказать.

И получал в коридоре по морде… То плевок паутиной, то разряд электро-льда, то сразу боевой шипастой булавой.

Я заметил, что Шугабою нравилось биться с толпой — он явно постиг дзен танкования, когда бронированный рыцарь получает искреннее удовольствие от ощущения, что с ним не может справиться такая орава монстров.

Но всё же я предпочитал не рисковать, зная главный закон фарма — тише едешь, дальше будешь. На некоторые ошибки тратишь больше времени, чем если не спеша двигаться по намеченному плану.

И всё же иногда я позволял и Цикаде потренировать свой визг, и Аиде поучиться исцелять ордынца, ну и Шугабою немного покайфовать от кромсания железных и жучьих морд…

* * *

— Ну что, Архарчик, впереди, наверное, босс? — Груздь уселся перед очередным залом.

— Что видишь?

— Внизу лава, над ней мост, в середине островок с большой глыбой. Кстати, от островка ещё два моста, направо и налево. Монстров… эээ… не вижу.

Я поморщился, раздумывая, что же он видит. Потом, усмехнувшись, пожал плечами:

— Ну, значит, и вправду босс. Так-то уже давно пора… Эй, Щекодав! — я поводил парой пингов возле носа оракула, — Тут босс и солнце, день чудесный, скажи, что делать, друг прелестный!

Оракул сел, зевнув так широко, что я, кажется, увидел его внутренние текстуры.

— Ну, я ж говорил, Архар, поспать теперь вообще не дашь. Нет бы сказку мне рассказал, спать уложил, а ты с вопросами… О, жемчужки!

И он сграбастал их неожиданно ловко для сонного старичка, я даже не успел глазом моргнуть. Тут же глаза Щекодава блаженно прикрылись.

— Ах ты Щековрун! — я схватил его за плечи, — Говори, давай, чего там должен мне сказать!

— Там Кащей над златом чахнет… — прошептал тот сквозь храп.

— И?

— … и смерть его в яйце… — и окончательно заснул. У него во рту так и перекатывались шарики пинга, и я в очередной раз поразился, как он так делает… У всех пинг исчезал при прикосновении к губам.

Я знал, что теперь его будить бесполезно, лишь через несколько минут. Но всё же он что-то сказал, осталось это расшифровать.

— Ну чего, с тактикой определились? — весело спросил Шугабой, присев рядом.

— Да уж… — проворчал я, — Но пока не начнём, не поймём, о чём он нам чревовещал.