И внезапно шериф почувствовал сильное жжение по всему телу, и избавиться от этого ощущения уже не помогали даже слова. Нет, он не знает, что за грандиозные планы строит Всеблагой Владыка, но что то поистине грандиозное должно случиться и тогда все преданные будут счастливы отныне и во веки веков. Нет, он не знает имени этого старшего жреца. Но с ним можно связаться в Сан Диего, в отделении Миссии Небесного Блаженства. Да, он уверен, что не знает его имени. Тот ему просто однажды позвонил.

– Можешь вспомнить еще что нибудь? – донесся голос сверху.

– Нет, ничего, – ответил шериф и отправился в свое последнее путешествие к блаженству. Полное расслабление – свет погас.

Римо отошел от тела.

– Он не упоминал Синанджу, – сказал Чиун. – Но Смиту об этом знать совсем не обязательно.

– А теперь к чему ты клонишь? – спросил Римо. – Что ты наболтал Смиту?

– Там, в машине, император потребовал у меня информацию о древних хрониках и пророчествах Синанджу, и я, преисполненный верноподданических чувств к нему, точно так же, как и ты...

– Ты никогда не был ничьим верным подданным.

– И я, точно так же, как и ты, исполненный верноподданических чувств, был принужден открыть ему информацию о старинных преданиях под давлением, заметь.

– Да уж, принужден – как младенцев принуждают мочиться, – заметил Римо.

– И я сказал императору Смиту, что в хрониках Синанджу рассказывается о родословной этого – как его – Всеблагого Владыки.

– На тот случай, если одной лжи окажется недостаточно для бесплатной поездки домой, ты придумал еще одну.

– И император Смит спросил меня, не помню ли я, что там говорится.

– И ты сказал, что не помнишь, но стоит тебе лишь раз взглянуть, как сразу вспомнишь все?

– Да, кажется, так все и было. Иногда память подводит меня. Ты ведь понимаешь.

– Я понимаю, что сначала мы поедем в Сан Диего и посетим отделение Миссии.

Чиун начал бормотать по корейски что то о людской неблагодарности и о том, что только самый бессердечный человек может отказать умирающему в его просьбе о поездке на родину.

– Ты умираешь, папочка? – спросил Римо, в изумлении выгнув бровь.

– Мы все умираем, – ответил Чиун. – Смерть – это всего лишь служанка жизни.

– Я так и думал, – сказал Римо.

Они вернулись к машине. Смит дремал – его усталое лицо выглядело совершенно умиротворенным.

– Это был наш клиент, – сообщил ему Римо.

– Вы нашли какую нибудь ниточку?

– Она ведет в Синанджу, – быстро сказал Чиун.

– С остановкой в Сан Диего, – добавил Римо.

– Хорошо, – удовлетворенно произнес Смит. – Самое неприятное неизвестность, и это дело меня пугает, так как я совершенно не представляю себе, что именно должно случиться. Вам удалось получить хоть какой то намек?

– Просто – что то грандиозное.

– Мне кажется, я читал пророчества Всеблагих Владык древности, – начал Чиун. – Я не очень точно помню, но там говорилось, что настанет время и произойдет бедственное... дайте ка вспомнить... бедственное бедствие, и начнется оно вскоре после того, как будет решено, что оно должно случиться. Вот все, что я помню. Остальное – в Синанджу.

– Знаете, мы могли бы забросить вас самолетом прямо в Синанджу хоть завтра, – задумчиво произнес Смит.

– Достаточно подлодки, – отказался Римо. – Но сначала – визит в Сан Диего.

– Чиун лучше разбирается в подобных вещах. Вы должны его слушаться, – наставительно изрек Смит.

– А я лучше разбираюсь в Чиуне.