— Отлично. — Констант махнул слуге. — Возвращайся в Домейн и наблюдай, чем занимается Верньер. Доложишь, когда начнет темнеть.

— Слушаюсь, мсье.

Он попятился к двери, по дороге стянув голубую наполеоновскую шинель, висевшую на спинке кресла, и выскользнул на сумрачную от ненастья улицу.

Едва услышав звук закрывшейся двери, Констант встал.

— Я желаю, Денарно, чтобы все решилось быстро и, по возможности, без шума. Это ясно?

Денарно, не ожидавший столь быстрого окончания беседы, с трудом поднялся с кресла.

— Конечно, мсье. За всем прослежу.

Констант щелкнул пальцами. Его слуга выступил вперед, протягивая полотняный кошель. Денарно невольно с отвращением отшатнулся при виде его изъязвленной кожи.

— Здесь половина того, что вам обещано, — сказал Констант, передавая деньги. — Остаток получите, когда дело будет закончено к моему удовлетворению. Вы меня понимаете?

Пальцы Денарно жадно схватили кошель.

— Вы подтвердите, что у меня нет никакого другого оружия, — холодно и твердо продолжал Констант. — Это вам вполне ясно?

— Пара дуэльных пистолетов, мсье, каждый с одной пулей. Если при вас окажется другое оружие, я не смогу его обнаружить. — Он заискивающе улыбнулся. — Хотя я не могу поверить, что такой человек, как вы, мсье, не попадете в цель с первого выстрела.

Констант презрительно поморщился в ответ на грубую лесть.

— Я никогда не промахиваюсь, — сказал он.

Глава 77

— К черту, к дьяволу! — выкрикнул Анатоль, пиная землю каблуком.

Паскаль подошел к самодельному тиру, который он устроил на прогалине среди молодых кустов можжевельника. Он снова расставил бутылки в ряд, вернулся к Анатолю и перезарядил ему пистолет. Из шести выстрелов два ушли в пустоту, одно попадание в ствол бука и два — в деревянную изгородь, сотрясение которой сбросило три бутылки. Только одна пуля попала в цель, скользнув по толстому стеклу.

— Попробуйте еще раз, сеньер, — спокойно сказал Паскаль. — Цельтесь ровнее.

— А я что делаю? — еле сдерживаясь, пробормотал Анатоль.

— Поднимите взгляд к мишени и снова опустите. Представьте, как пуля скользит по стволу. — Паскаль отступил в сторону. — Спокойней, сеньер. Выберите цель. Не спешите.

Анатоль поднял руку. На этот раз он представил, будто на месте бутылки из-под эля видит перед собой лицо Виктора Константа.

— Теперь, — негромко проговорил Паскаль, — держите ровнее, ровнее… Огонь.

Анатоль попал точно в цель. Бутылка разлетелась фонтаном осколков, как дешевая хлопушка. Застучав по стволам деревьев, они вспугнули птиц с ветвей.

Тоненькая струйка дыма вытекла из ствола пистолета. Анатоль дунул на нее и блестящими от гордости глазами взглянул на Паскаля.

— Хороший выстрел, — сказал слуга, и его широкое бесстрастное лицо впервые отразило то, что он думал. — И… когда встреча?

Улыбка на лице Анатоля погасла.

— Завтра в сумерках.

Паскаль прошел через поляну, с хрустом давя башмаками сучья, и снова выстроил в ряд уцелевшие бутылки.

— Проверим, сумеете ли вы попасть еще раз, сеньер?

— Даст Бог, мне хватит одного раза, — еле слышно пробормотал Анатоль.

Однако он позволил Паскалю перезарядить пистолет и продолжал стрелять, пока не разбил последнюю бутылку, а лесная поляна не наполнилась пороховым дымом, эхом выстрелов и запахом старого эля.