|
- И все-таки расскажите о Килагурри. Волк раскрыл пасть, показал острые зубы. - Не думаю, что им следует это знать. Что, если ты ошибаешься? Что, если они в сговоре с Темными? - Бедарра, я убежден, что это не так. Во-первых, сейчас они могли беспрепятственно проехать, но человек предпочел задержаться и расспросить. Сподвижники монахов не упустили бы малейшей возможности сбежать. Во-вторых, неужели ты способен вообразить, что Темные нанимают эту парочку? Он указал на Сквилла с Нииной, устроивших потасовку на спине Снугенхатта. Виз перелетел с насеста к Банкану на плечо. - Мы с приятелем много путешествовали, но я тоже никогда не слышал о Килагурри. - Возможно, вы не столь равнодушны, как пытаетесь показать. - Веррагарр внимательно смотрел на человека и клещееда. - Я допускаю, что вы - волшебники, хоть и продемонстрировали нам лишь свою власть над цветами. За его спиной захихикал Квайбо, его поддержали. Угрюмо глядевший на путников Бедарра не улыбнулся. - Мы не только выращиваем цветочки, - сказал Банкан. - Мы способны на гораздо большее. - Не буду отрицать, что мы охотно приняли бы любую помощь. - Кенгуру указал на кукабарр, еще не опомнившихся от приступа смеха. - Мне крайне неприятно в столь критический момент зависеть от таких безответственных типов. Его товарищи по оружию, стоявшие поблизости, услышали эти слова и согласно зашептались. - И даже если очаровательные цветы - апогей вашего колдовского могущества, мы будем благодарны за любое содействие. Судя по доспехам, носимым вашим большим другом, и всегда готовым к бою лукам водяных крыс, вы не из робкого десятка. Но я не буду утверждать, что ваше присутствие в наших рядах непременно обеспечит победу. - Погодите-ка, - сказал Банкан. - Я лишь хотел узнать, что происходит. Кажется, о помощи я и не заикался. - Буду откровенен с тобой, чужеземец. - Веррагарр широким жестом указал на толпу. - Мы все - жители этих лесов, окрестных холмов и гор. Наши предки жили здесь в мире и согласии с незапамятных времен. Если точнее, в относительном мире и согласии. Большинство стоящих вокруг тебя - крестьяне или простые горожане, ремесленники вроде меня. Мы хотим только одного: чтобы нас оставили в покое, позволили жить, как нам нравится. И с монахами у нас раньше не бывало ссор... Но чуть больше года назад все изменилось. Монастырь Килагурри расположен на невысоком, но крутобоком холме в долине Миллиджидди. Место уединенное, вполне подходящее для безмятежного служения богам. До прошлого года мы почти не общались с теми, кто там обитает. А потом наступили перемены к худшему, и теперь Килагурри - оплот злобных манипуляторов. Дурные дела творятся там, пришелец. Путники, приближавшиеся к монастырю, рассказывали о доносившихся оттуда страшных звуках. Это вопли пытаемых, это сверхъестественные голоса. И хотя интересно было бы узнать причину этих звуков, путники в спешке проезжали мимо. И вряд ли мы должны их за это судить. Раньше монахи время от времени спускались в город Миллиджидди за покупками или приносили вещи, которые не могли починить сами. Теперь же все добрые люди сторонятся их как прокаженных. Кенгуру, повествуя, опирался на толстый хвост. - Я бы не сказал, что раньше они не доставляли нам хлопот, - вмешался в беседу вомбат. И принялся загибать пальцы. - То заподозрят в обвесе зеленщика, и он потом хворает. |
