|
Мать управлялась в кухне. Дверной колокольчик призывно звякнул. Когда Талея вошла в гостиную, Банкан лишь на миг оторвался от книги, представив, что мать орудует не посудомоечным ершиком, который она сейчас держала в руке, а давно лежащим в чулане мечом. Удержать эту картину в воображении оказалось нелегко, сколько бы ни рассказывали легенд о горячих деньках Талеиной молодости. Она заглянула в альков. - Дорогой, тут к тебе филин. Джон-Том отложил книгу, над которой уже было задремал, и потер глаза. Банкан знал, что отцу нужны очки, но Джон-Том упорно предпочитал чары для улучшения зрения, хотя они были далеки от совершенства и требовали постоянного обновления. Юноша отправился на кухню перекусить на скорую руку, а главное, понаблюдать за прихожей, где стоял, шелестя огромными крыльями, ученик Клотагорба. Филин что-то сказал Джон-Тому, тот для удобства опустился на колено и ответил. Талея маячила рядом. Банкан без особого труда подслушал разговор. - Но-о господин на-астаивает, чтобы вы-ы пришли сейча-ас же, - упорствовал филин. - Да ведь поздно уже, - возразил Джон-Том, - и холодно. Почему нельзя подождать до завтра? - Господин Клотагорб это-ого не объяснил, - проухал филин. - Он просил, чтобы вы-ы пришли сейчас. Прикажете вернуться и сказать, что-о вы-ы не придете? Зна-аете, что он со-о мной сделает? - Ну, раз уж такая срочность... - Джон-Том встал и повернулся к Талее. - Ты слышала? Надо идти. Я понимаю, поздновато уже, но это, должно быть, важно. Талея не сводила с него ледяного взгляда. - Надеюсь, ты не намерен снова отправиться на поиски дурацких приключений? Он шагнул к жене и положил ладони ей на плечи. - Талея, вспомни, когда ты была беременна, я дал слово, что со всем этим покончено. У меня семья, дом и респектабельная профессия. Это превыше всего. Те времена, когда мы с Маджем странствовали и попадали в передряги, давно уже - достояние истории. - Это тебе так кажется, - возразила Талея. - Но клянусь всеми пертурбациями эфира: если это яйцекладущее соблазнит тебя очередной безумной экспедицией, я, конечно, противиться не стану, просто отрублю тебе ноги и запру их в чулане. И ступай без них хоть на край света. - Ну что ты, любимая. - До Банкана донеслось эхо сочного поцелуя. - Клотагорб всего-навсего хочет посоветоваться. Правда, Мальвит? Джон-Том оглянулся на филина. - Да-а, господин Джон-Том, насколько мне дозволено знать. С вами и еще с одним. Джон-Том нахмурился. - В этом еще кто-то участвует? - Об этом не зде-есь! Не зде-есь! - Подпрыгивая, филин взволнованно забил крыльями по бокам. - Мы-ы и так слишком задержа-ались. - Ладно, позволь хоть плащ взять. - Джон-Том помедлил у открытого шкафа. - Как думаешь, дуара мне не понадобится? - О-о волшебстве ре-ечи не велось, - ответил филин. - То-олько о разговоре. - Вот и хорошо. Джон-Том закутался в радужный плащ из ящеричной кожи, еще раз поцеловал Талею и вместе с нетерпеливым филином скрылся в вечернем сумраке. Когда мать вернулась в кухню, Банкан проявил демонстративный интерес к куску пирога. - Ну, и зачем он приходил? Стоя у мойки, Талея смотрела в овальное окно на темную реку. |
