|
Я не особенно любил настолько большие сборища, особенно когда в них всё внимание направлено именно на мою персону. Мне милее посиделки в более узком кругу друзей, где нет ни грамма официоза, можно говорить что думаешь и смеяться, как умалишённый. Впрочем, и тут с официозом дело не особо задалось, потому что порядки у нас довольно либеральные. По местным реалиям так и вовсе анархические. Разве что пришлось «открыть» пир красивым тостом на тему «жалкие несколько лет назад здесь была лишь малая деревня, но смотрите, чего мы добились все вместе, и думайте, чего добьёмся в будущем, а заодно ешьте, пейте и веселитесь, сегодня праздник, туды его в качель».
Не обошлось и без приватного разговора в узком кругу с остающимися «на хозяйстве» о том, что они должны быть бдительны аж до ягодиц, крепко-накрепко сжатых в кулак, потому что наша основная ударная сила в отлучке. Но тут все и так всё понимали, от Арэла и Рэвиса до Эсуфа и рядовых охотников, что били дичь в окрестностях ещё до первого моего появления. Кстати, среди них подрастали перспективные кадры, которые потихоньку начинали ходить на тренировочное поле и разбираться со своей проклёвывающейся магией. Мало, конечно, и мелкие ещё, но посмотрим, что будет. В предрассветных же сумерках я собрался и ожидаемо наткнулся внизу на Жэндэ, к которой подошёл и приобнял со словами: — Доброе утро, солнышко. — И тебе, — ответила она, уткнувшись мне носом в плечо. — Я буду скучать, — поговорил я слегка пересохшими губами. — Как и я, — отозвалась девушка, поборов немного дрожащий голос, а потом продолжила: — Я тебе подарок приготовила. — И какой же? — Кушак вышила, будет на что кинжал повесить, — улыбнулась она — Пусть он принесёт тебе удачу. — Спасибо, Жэндэ. Ты чудо, — ответил я и поцеловал свою подругу. — А теперь мне пора. Долгие проводы — лишние слёзы. — Удачи, Ромул, — проговорила девушка — Береги себя. Скоро вернусь.
Конец второй книги
|
