– Мое имя – Тибор, – сказал я и непроизвольно добавил:

– Тибор... Ференци... да...

– Ты – Вамфир, – снова кивнул он.

Я в ответ затряс было головой, отрицая его слова, но остановился. Он продолжал пристально смотреть мне в глаза. Ему было известно все. Теперь и я знал это наверняка, сомнений не оставалось.

– Да, – ответил я. – Вамфир. Он глубоко и резко вдохнул и медленно выпустил воздух.

– Куда ты направишься теперь, Тибор из Валахии, сын Старейшего?

– Завтра я уйду в Киев, – мрачно ответил я. – У меня там есть дела. А после этого вернусь домой.

– Дела? – хрипло и ехидно рассмеялся он. – Ах, дела!.. – он выпустил мою руку. – Ну а я отправлюсь в Валахию. Там много зганов. Они нужны тебе. Я найду тебя там.

– Хорошо, – ответил я.

Он попятился, повернулся ко мне спиной и скрылся в своем жилище...

* * *

К Киеву мы подъехали вечером. Выбравшись из леса, мы отправились на окраину города и нашли место, где можно было переночевать и купить бурдюк вина. Четверых из пяти своих спутников я утром послал в город, и вскоре они один за другим вернулись и привели с собой наиболее преданных моих сторонников из крестьянского отряда, которым я командовал. Их осталось не так уж много. Большую их часть Владимир отправил из города воевать с печенегами, остальные же затаились и ждали меня.

В городе в тот момент оставалась лишь небольшая горстка преданных Владимиру солдат, даже тех, кто обычно охранял дворец, послали на войну. Рядом с князем дежурила лишь его личная охрана. Еще одна новость, принесенная мне, состояла в том, что в тот же вечер во дворце должен был состояться пир в честь одного из бояр‑лизоблюдов. На этот пир я пригласил себя сам.

Во дворец я прибыл один – во всяком случае, так должно было казаться со стороны. Намеренно стараясь идти по самой грязи, я пересек парк, ориентируюсь на громкие звуки, шутки и смех, доносившиеся из главного зала дворца. В прошлый раз Владимир приказал мне явиться во дворец чисто вымытым, безоружным и нарядно одетым. А сейчас я был с ног до головы увешан оружием, небрит, грязен, с неровно подстриженными волосами. Пахло от меня хуже, чем от крестьянина, что меня весьма радовало.

Дорогу мне преградили стражники, я остановился и молча смотрел на них.

– Кто идет? – крикнул командир стражи. Я вышел на свет.

– Тибор из Валахии, княжеский воевода. Он послал меня с поручением, и теперь я вернулся.

– Ты хочешь войти во дворец в таком виде? – удивленно спросил командир стражи, поморщившись при этом. – Пойди сначала вымойся, надень чистое платье и оставь дома оружие.

– Как твое имя? – в негодовании я грозно сверкнул глазами.

– Зачем тебе знать его? – спросил он, тем не менее отступая на шаг.

– Затем чтобы назвать князю, – ответил я. – Он отберет земли у любого, кто встанет сегодня на моем пути, а если у тебя нет владений, он просто велит отрубить тебе голову. Ты разве не помнишь меня? В последний раз я пришел прямо в церковь и принес с собой целый мешок пальцев. – И я показал ему свой кожаный мешок.

– Да, теперь вспомнил... – побелев, как смерть, пробормотал он. – Я... я доложу о тебе. Подожди здесь.

В ответ я крепко схватил его за руку, притянул к себе и, по‑волчьи оскалившись, прошипел сквозь зубы:

– Нет, это ты подожди здесь!

Из темноты вышли мои люди – их было около дюжины. Приложив пальцы к губам, словно призывая стражников к благоразумному молчанию, они окружили их и увели вместе с командиром стражи.