|
Это был не тольтек, а один из низкорослых жителей юго-западных болот, откуда в Ар Мор издавна привозили храмовых рабов. Его горло было перерезано от уха до уха. Рядом на песке виднелись следы сандалий, поднимавшиеся вверх по холму, но возле самого лагеря они были затоптаны сотнями ног беспорядочно метавшихся солдат.
Убийцу так и не удалось найти. Принц склонился над кормщиком и осторожно поднял ладонями его голову. — Урс, старина… — Акалель не мог себе даже представить, что человек, лицо которого он привык видеть с детства, вдруг исчезнет. — Потерпи, мы вынем стрелу. — Не стоит. — Кормщик слабо искривил губы, на которых уже появилась розоватая пена. — Не стоит, нагнись пониже, мальчик, я должен кое-что тебе сказать… Акхан наклонился еще больше, почти касаясь ухом щеки умирающего. — Тиа-мин лгала… тогда в храме… Я не мог… я дал слово молчать… — Голос старика перешел в хрип. — Ты не тот, кем себя считаешь… — Я знаю. — Принц выпрямился, осторожно укладывая мертвую голову кормщика на землю. Урса хоронили по старому атланскому обычаю. Так уходили в великую соленую воду все, кто связал с нею жизнь. Акалель рубил ладью сам и сам ставил на ней парус. Потом тело кормщика положили на дно, принесли ему богатые дары из сокровищ Шибальбы, и командующий оттолкнул лодку от берега, отправив ее в последний путь. Стоявшие на берегу атланские лучники осыпали погребальное судно дождем горящих стрел, и вскоре оно занялось ровным жарким пламенем. Церемония задержала отплытие армии ровно на один день. Наконец белые паруса вновь заплескались на ветру, и армада атланских кораблей двинулась в обратный путь.
3 Очертания галер гасли в хрустальном черепе, на который смотрела Шкик. — Акалель вернется. — Сидевший рядом с ней Ульпак обнял сестру за плечи. — Нет. — Молодая жрица провела рукой по влажной щеке и улыбнулась. — Сын Солнца отдал роду Ягуара все, что смог. Теперь Шкик принадлежит только Ульпаку. — Сын Солнца возвращается домой победителем, — пожал плечами ее брат. — Разве этого мало для счастья? — Но его ли это дом? — покачала головой царевна. — Шкик видит в волшебном камне, что судьба акалеля разорвана, а дорога петляет по жизни, как тропа горного льва. Она не скоро приведет его к родным берегам. — Так или иначе, а через день Белый Ягуар будет уже в Атлане и встретит там почести, которых заслуживает, — уверенно заявил Ульпак. — Хорошо, если так, — вздохнула Шкик. В туманной сердцевине шара почти исчезли разноцветные паруса кораблей, уходивших все дальше на восток. Принц Победитель стоял на корме самого длинного из них, с тревогой глядя на серую дымку горизонта, словно ожидая увидеть в небе мириады летящих к земле пернатых змей. Его губы рассеянно повторяли последние строчки подаренного Кими сеокталя:
Часть III Осада Туле
Глава I ВЕЛИКИЙ ОСТРОВ
1 Акхан отстукивал пальцами ритм старого гимна на кипарисовых поручнях борта: Для того чтоб взять курс на Атлан, кормщикам не нужно было ориентироваться по солнцу. В хорошую погоду самый высокий вулкан горной гряды виднелся на горизонте четко различимой синей точкой. С каждым днем она росла, принимая очертания правильного конуса, и к концу путешествия закрывала полнеба. Эта гора была для атлан священной и дала название всему острову. По ее склонам росли самые густые и старые виноградники, но вершина казалась совершенно лысой. |
