-  Боюсь, что так, государь, - сказал Колин.

    -  Тем не менее, - продолжал король, - Эмрис всё ещё остаётся старшим после меня в роду. Чтобы лишить его оснований оспаривать моё решение, опираясь на своё право старшинства, тем самым разжигая губительную для государства междоусобицу, - тут король повысил голос, - я во всеуслышание объявляю об усыновлении принца Колина Лейнстера, младшего сына моего покойного брата Уриена. И после моей смерти принц сей, мой приёмный сын и наследник престола, станет королём Логриса в строгом соответствии с законами и обычаями наших предков. Такова моя королевская воля.

    Все присутствующие склонили головы в знак уважения к последней воле умирающего короля.

    -  Я оправдаю ваше доверие, отец, - сказал Колин.

    -  В этом я не сомневаюсь, сын мой. Я верю, что ты с достоинством пройдёшь через все испытания, которые уготовила тебе судьба… И не мешкай, сейчас не время для церемоний. Моя смерть наверняка послужит для готийского короля сигналом к началу войны. Возможно, не останутся в стороне и галлийские князья. К счастью, наше превосходство на море подавляющее, и пока тебе нечего опасаться угрозы со стороны Атлантиды… Слушай меня, Колин. Завтра меня похоронят, а через два дня ты должен короноваться и овладеть Силой… архиепископ знает, что нужно делать, и поможет тебе… И немедленно собирай войска - война с Готландом неизбежна, а с Галлисом весьма вероятна.

    -  Хорошо, отец. Я сделаю всё, как вы говорите.

    -  И ещё… Насчёт Силы…

    -  Да, государь?

    -  Когда ты войдёшь во Врата, Хозяйка позволит тебе лишь слегка прикоснуться к Силе, зачерпнуть из Источника только горсть Воды Жизни и испить её, но дальше она тебя не пустит. Довольствуйся пока этим… Если у тебя возникнет искушение нарушить запрет Хозяйки и окунуться в Источник, преодолей его… Не конфликтуй с Хозяйкой, она… очень суровая… Обожди до лучших времён, когда в стране воцарится мир, внешние враги будут сокрушены, у тебя появится сын-наследник… он вырастет, повзрослеет, наберётся опыта - и лишь тогда ты сможешь рискнуть собой, не ставя под угрозу безопасность государства… Это не совет, это приказ, моя тебе последняя воля. Ради твоего же блага, ради блага всей нашей страны…

    -  Я понимаю.

    Король Бриан устало закрыл глаза. Его лицо застыло в неподвижности, словно восковая маска. - Папа! - в отчаянии прошептала Дейдра. - Папа, не умирай!

    Веки короля дрогнули и приподнялись.

    -  Да, и последнее, Колин. Заботься о сестре своей Дейдре, обещай любить её и беречь, как подобает старшему брату.

    -  Обещаю, отец.

    -  Тогда прощайте, дети мои.

    С этими словами король снова закрыл глаза - теперь уже навсегда.

    Из груди Дейдры вырвалось сдавленное рыдание. Колин низко опустил голову.

    Главный медик склонился над неподвижным телом, тщетно выискивая малейшие признаки жизни, затем выпрямился и значительно поглядел на церемониймейстера.

    -  Король умер, господа, - объявил тот.

    Монсеньор Корунн МакКонн, архиепископ Авалонский, первым опустился на колени и начал читать заупокойную молитву. Вслед за ним преклонили колени все присутствующие и подхватили его слова. А Кевина захлестнул нежданный поток воспоминаний.