-  Что за чушь! - произнёс Кевин, однако нарастающая боль в висках подсказывала ему, что это не такая уж и чушь. Слова Дейдры пробудили в его памяти какие-то смутные образы, настолько смутные, что он не мог понять их значение. Тем не менее, в них было что-то очень знакомое, мучительно-узнаваемое, близкое и родное, бередящее душу, приводящее в смятение рассудок… - Что за чушь! - настойчиво повторил он. - Утер Пендрагон был отцом короля Артура.

    -  То был другой Утер, твой предок по линии отца. А твою мать зовут как языческую богиню - Юнона. Принцесса Юнона из Дома Сумерек.

    ЮНОНА! МАМА!..

    Голова Кевина разболелась не на шутку. Он сжал ладонями виски и протяжно застонал:

    -  Великий Митра!

    -  Вот именно, - отозвалась Дейдра.

    -  Что? - спросил Кевин. - Что «вот именно»?

    -  Ты сказал: «Великий Митра».

    -  Да? - удивился Кевин и тут же вспомнил, что действительно это сказал. - Да, - произнёс он уже с утвердительной интонацией. - Так я и сказал. Не понимаю, с какой стати…

    -  Зато я понимаю. Это лишь подтверждает мою правоту. Король Утер - наш Утер - был ярым почитателем бога Митры, Князя Света. Его сын, король Артур, хоть и был крещён, не без оснований подозревался в тайной приверженности культу Митры. Вот и ты, их потомок…

    В этот момент голова Кевина будто раскололась от нового приступа адской боли. Он вскрикнул, свет в его глазах померк, и он потерял сознание.

    Очнувшись, Кевин обнаружил себя лежащим в постели. Боль прошла и напоминала о себе лишь лёгким ознобом, полной опустошённостью мыслей и чувств, слабостью во всём теле.

    Чья-то рука бережно вытерла с его лба испарину. Кевин повернул голову и увидел рядом с собой Дейдру. Её изумрудные глаза смотрели на него виновато и с беспокойством.

    -  Извини, дорогой, - сказала она. - Я такая дура, я всё выболтала. А ведь ты предупреждал, что не должен ничего знать, пока сам не вспомнишь.

    -  Я предупреждал? Когда?

    -  Помнишь, Колин проверял, способен ли ты овладеть своим Даром? Тогда-то он и пробудил твою прежнюю память. Ты немного рассказал о себе, расспросил о своей нынешней жизни, потом велел ему всё забыть и сам забыл обо всём.

    -  Что я ещё рассказал? - спросил Кевин, с тревогой и трепетом ожидая, что вот-вот у него снова разболится голова.

    К счастью (или, может быть, к сожалению), этого не случилось.

    -  Не очень много, - ответила Дейдра. - Как я уже говорила, ты сообщил, что зовут тебя Артур, ты принц из Дома Света, твой отец - Утер Пендрагон, мать - Юнона из Дома Сумерек, а король Артур из Авалона был твоим прадедом - отцом твоего деда Амброзия, чьим сыном был твой отец Утер.

    Теперь слова Дейдры, хоть и находили живой отклик в его сердце, уже не вызывал мучительной боли в голове. Кевин чувствовал себя так, точно ему рассказывали о событиях его детства, которых он совершенно не помнил, зная, однако, что они происходили в действительности.

    -  А дальше?

    -  Дальше ты сказал, что превратился в грудного младенца, потому что пересёк бесконечное число миров… Знаешь, монсеньор Корунн МакКонн утверждает, что наш мир не единственный сущий, что Бог сотворил неисчислимое множество разнообразных миров.