-  Т-так т-ты м-моя д-доч-чь? - пробормотал я, в первый и, надеюсь, последний раз в жизни начав заикаться.

    -  Твоя и Дианы. Я родилась ровно через девять месяцев после твоего исчезновения. - Она немного помедлила, затем добавила: - Думаю, мама с самого начала боялась, что ты не вернёшься, и… ну, ты понимаешь.

    -  О боги! - сказал я.

    Пенелопа взяла мою руку, нежно сжала её и заглянула мне в глаза - точно так, как это делала Диана.

    -  У тебя шок, Артур. Проходи же в дом.

    Я молча кивнул, и мы вместе вошли внутрь. В просторном холле работал кондиционеры, было сухо и прохладно. Поскольку к этому времени солнце полностью скрылось за грозовыми тучами, Пенелопа включила свет. Очевидно, большинство бытовых устройств в доме работали от электрического тока, а его генератор подключённый к Формирующим, скорее всего, стоял в подвале. Это было вполне в духе Сумеречных, исповедующих разумное сочетание колдовства и достижений технологической цивилизации в гармоническом единстве с природой. Такая позиция нравилась мне больше, чем практика Царства Света, где чары использовались на каждом шагу и вместе с тем их применение было строго регламентировано многочисленными директивами Королевского департамента бытовой магии.

    -  Ты голоден? - спросила Пенелопа, усадив меня в кресло.

    Я отрицательно покачал головой:

    -  Нет.

    -  Что-нибудь выпить?

    -  Нет, спасибо.

    -  Тогда, может, сигарету?

    Несколько секунд я колебался, затем утвердительно кивнул:

    -  Да, пожалуй.

    Пенелопа открыла тумбочку, стоявшую рядом с моим креслом, поставила наверх пепельницу, достала начатую пачку сигарет и раскурила две, одну из которых потом протянула мне.

    -  Благодарю, - сказал я, глубоко затянулся, сразу же выдохнул дым и закашлялся.

    Пенелопа удивлённо взглянула на меня:

    -  Ты не куришь?

    -  Вот уже двадцать лет. Когда я регрессировал, то напрочь позабыл об этой привычке.

    Пенелопа молча сделала несколько затяжек и раздавила сигарету в пепельнице. В среднем девяносто из каждой сотни взрослых колдунов и ведьм были заядлыми курильщиками, остальные десять процентов курили от случая к случаю и считались некурящими. В отличие от простых смертных, никотин не вредил нашему здоровью - вернее, нам не составляло труда устранить все негативные последствия курения. И вообще, мы не боялись телесных недугов; другое дело - болезни души и разума. Их никакими чарами не излечишь.

    -  Юнона говорила, что у тебя была потеря памяти, - отозвалась Пенелопа. - Ты это имел в виду?

    Я неопределённо кивнул, испытывая некоторую растерянность. Возвратившись в Экватор, я твёрдо решил взвешивать каждое своё слово о Срединных мирах. Я тщательно продумал, что буду говорить Юноне, что - деду Янусу, что - брату Амадису, что - кузену Дионису и тёте Помоне, а что - всем остальным. Но сейчас я был полностью сбит с толку новым, неожиданным для меня обстоятельством - моим отцовством. Я должен был привыкнуть к этому, разобраться в своих чувствах, и мне очень не хотелось в первом же разговоре с дочерью что-то скрывать, а тем более - лгать.

    В поисках более невинной темы для беседы я осмотрелся вокруг и увидел на стене справа от меня два портрета - мой и Дианы. Мой портрет был написан рукой великого маэстро Рафаэля ди Анджело, гениального художника из мира PHTA-2084, в обиходе именуемого Землёй Гая Аврелия, где в своё время я был известен как Артур де Лумьер, безземельный нормандский дворянин, рыцарь и полководец.