Требовалась сильная рука казацкого пастыря, чтобы вся эта разномастная политическая публика не перегрызлась. В каждой общине появился формальный лидер, которого народ делегировал в Казачий совет. И если в многонациональной Советской республике правил Совет народных депутатов, то в многополитической Парагвайской республике главная власть делегировалась Казачьему совету. Даже коммунисты, представители от пленных красноармейцев, попали в состав народного органа власти. Конечно, вождём совета единогласно выбрали господина–товарища Ронина, авторитет которого был непререкаемым. Ибо недружный гомон политических фракций нищих карликов легко заглушал звон золота в увесистом кошеле казацкого атамана. Да и, честно говоря, грозного шамана–воителя все лидеры очень побаивались. Даже у бывалых фронтовиков, отчаянных рубак, холодок шёл по спине, когда пастырь бросал на ослушника суровый взгляд.

Законный президент Парагвая тоже присутствовал на заседаниях Казачьего совета, но только в качестве почётного гостя. Перейра и его сторонники не помышляли противиться решениям «понаехавших» эмигрантов. У казачьего общества теперь был подавляющий перевес военной, финансовой и политической силы. Местный народ и деловые круги тоже поддерживали казацкого благодетеля, который всем дал работу и деньги. Темпы роста экономики Парагвая оказались, воистину, революционные — все произведённые товары и услуги находили спрос. Казалось, скоро для жителей Парагвая наступит золотой век.

Всюду поспевать Алексею помогал чудо–автожир. Странный летательный аппарат с большим пропеллером над фюзеляжем метался по просторам Гран Чако, как ураганный ветер. Вдоль океанского побережья казак тоже предпочитал летать на автожире, только более массивном, якобы повышенной дальности. На самом деле, авиатачанкам шамана–анархиста горючее не требовалось, Сын Ведьмы гонял бескрылый аппарат гравитационной силой. Но вот вместительный багажник дальнобойщика, для перевозки добытых кладов, оказался весьма кстати. Технические характеристики эксклюзивного электрического автожира были засекречены, конкуренты могли лишь гадать о его истинных возможностях.

Двухместные автожиры с керосиновым двигателем, на которых рассекали воздух над Гран Чако главы фракций Казацкого совета и министры, не могли похвастаться столь уж выдающимися качествами. Аппараты явно уступали аэропланам в скорости и дальности полёта. Главным преимуществом была безопасная посадка в случае отказа двигателя и малая, просто крохотная, взлётно–посадочная полоса. Пилотами персональных машин важных управленцев стали бывшие белогвардейские авиаторы.

Мотаясь по разбросанным стройплощадкам, Алексей не забывал наведываться в госпиталь. Хотя особой необходимости в чудо–хирурге пока не было, ведь караван инвалидов и ветеранов войны только формировался в Советской республике. До марта казачий флот успел перевезти в Парагвай лишь пленных поляков и белогвардейцев. Пленных красноармейцев из Польши доставили на судах Пилсудского, которые ушли обратно с закупленным товаром.

Батька Махно сумел переместить своих анархистов и их семьи на другой край света турецким пассажирским флотом, но истратил весь золотой запас и влез в долги к парагвайскому магнату. Врангель тоже самостоятельно старался вывезти войска и гражданских лиц из Турции, однако задействованных транспортов Черноморского флота не хватало.