— Асунсьон в месте начала шнуровки ботинка, — пояснив по–своему, пальцем указал найденный на карте пограничный город Алексей.

— В девятнадцатом веке это был центр страны, — объяснил странное расположение столицы географ. — Аргентина и Бразилия отторгли большие куски территории, оставив Парагваю никчёмные земли. И если левобережную часть страны занимают ещё более–менее сносные земли, с тропическим лесом у границы с Бразилией, то правобережную — огромная жаркая равнина со степным ландшафтом у границ с Боливией и низкорослой кустарниковой растительностью ближе к реке Парагвай, а в её верховье, на севере, сплошные болота.

— Интуиция мне подсказывает, что именно эти неугодья вы и предлагаете казакам отнять у Парагвая? — не испытал особого восторга от гиблой идеи атаман.

— Даром отдадут, — отмахнулся ладонью Беляев и продолжил искушать: — Северо–западная половина страны лишь на карте обозначена как Парагвай, а вот соседняя Боливия считает Гран Чако своими землями.

— Гран Чако?

— Так американские индейцы называют обширную равнину к западу от реки Парагвай и к востоку от горной цепи Анд, — наклонившись, показал на карте пальцем географ. — Сухой Чако, Альто Чако, — степь с низкорослой растительностью; Нижний Чако, Бахо Чако, пронизан многочисленными мелкими притоками реки Парагвай и густо зарос кустарниками и квебрахо — очень ценными деревьями.

— И чем же интересны эти квебрахо? — впервые услышал об американском эндемике Алексей.

— Пожалуй, это главный экспортный товар Парагвая. Квебрахо на индейском языке: «ломать топор». Древесина тёмно–красного цвета, очень твёрдая, тяжелее воды, богатый источник танинов — дубильных веществ, используемых в медицине и промышленности.

— И много в Гран Чако столь ценного товара? — загорелись алчные огоньки в глазах атамана.

— Бесчисленные рощи, — усмехнулся довольный искуситель, поняв, что задел нужную струну в душе хозяйственного казака. — По–настоящему, к промышленной добыче ещё и не приступали. Дорог в дикой местности нет — сплошные заросли кустарников; самотёком по мелководным речушкам тяжёлые стволы не сплавишь — тонут; топором много железного дерева за сутки не добудешь. Да особо и добытчиков–то, почитай что, нет. Крестьяне в гиблые места не суются — полно хищников и ядовитых гадов, а бесстрашных индейцев в Гран Чако даже одного десятка тысяч не наберётся. К тому же, племена гуарани, в основном, занимаются охотой и красное дерево квебрахо используют лишь для обмена на промышленные товары и зерно.

— Индейцы — это хорошо, — потёр ладони Алексей, настроение у вождя поднялось. — И степи, говорите, обширные есть.

— Плодородные участки земли вдоль бесчисленных речушек тоже, — расхваливал бросовый товар купец–географ.

— Тогда почему же земли ничейные? — заподозрил подвох хитрый атаман.

— Гуарани там испокон века живут, — пожав плечами, развёл руками Беляев.

— А жадные испанцы чего же индейцев не согнали?

— Колонизаторов в прошлый век на весь Парагвай не хватило, — заливисто рассмеялся генерал. — Обжились чуток в благодатных местах, а затем их потомки войнушку разорительную учинили — совсем обезлюдел край.

— Дикие земли Гран Чако, значит, неблагодатные, — прищурив глаз, допытывался до сути атаман.

— В степях летом несусветная жара и сушь, а в междуречье зимой сплошное болото, — скривившись, вынужденно признался географ.