— Толково придумано, — почесал затылок Покрышкин, но нашёл изъян: — А ты что же, собираешься сразу настрелять кучу фрицев, ведь нужно много разных вариантов атак.

Матвей не стал хвастаться, что он именно и собирается набить сразу кучу немчуры, а лишь скромно потупил глазки:

— Ну, ошибки пилота–оператора могут исправить курсанты. Ведь кинокартина отразит общий фон воздушной сшибки, а телеприцел достоверно зафиксирует цели, независимо от последующего попадания в них или промаха выпущенных снарядов.

— Лады, Матвей Алексеевич, сегодня же отправлю заказ в Асунсьон на создание кинофототренажёра. Надеюсь, что через месяц получим первый экземпляр. А установить кинокамеру на истребитель, и организовать запись телекартинки бортового прицела смогут и местные парагвайские спецы, умники у нас, на экспериментальном аэродроме, все с научными степенями.

— Александр Иванович, а вы ведь мне так ещё и не показали кинохронику с реактивным самолётом, — глядя на потушенный телеэкран, Матвей напомнил, зачем они пришли на КП.

— Нет уж, пусть парагвайские мудрецы с вами предметно беседуют об устройстве самолёта, — Покрышкин с прищуром глянул на присланного спеца. — У меня сложилось впечатление, что вы, Матвей Алексеевич, уже знакомы с общей конструкцией истребителя, а ваши «спонтанные» предложения заранее хорошо продуманы. Как бы то ни было, но с меня уже достаточно — и так за одну ночь мы тут наметили фронт перевернуть.

Подозрения полковника, что парагваец уже знал технические особенности реактивных самолётов и даже имел опыт полётов на экспериментальных машинах, подтвердились ускоренным освоением Матвеем новой техники. Чародею, способному гонять по небу на фанерном «дрынолёте», не составило большого труда освоить технику пилотирования реактивным самолётом. Матвею не требовалось следить за показанием бортовых приборов, он видел колдовским зрением всё нутро машины. И любые ошибки маневрирования воздушный ас ухитрялся исправлять воздействием векторов силы гравитации. Глядя на воздушные пируэты, выписываемые курсантом на учебной спарке, инструктор лишь пучил глаза, стараясь перенести возникающие при ускорении перегрузки, и мысленно молился, чтобы у самолёта не отвалились крылья.

Уже после пары недель ускоренного курса обучения Матвей отправился в свой первый самостоятельный полёт. Новейший парагвайский дальнобойный радиолокатор обнаружил групповую цель, передал целеуказания на КП аэродрома, и реактивный истребитель рванул на перехват. В указанном радаром районе ночного неба Матвей, для кинохроники, зафиксировал бортовым инфракрасным локатором группу мишеней и сходу ринулся в бой.

Немецкие лётчики даже не поняли, что за воздушный дьявол вырвался из чёрной бездны. Незримый противник расчерчивал небо пенными полосами инверсионного следа, с рёвом прорезая строй воздушного звена быстрее пули. За каждый проход через скопление врага Матвей расстреливал из автоматических пушек по одному бомбардировщику. Когда жирные мишени закончились, начал ловить в прицел мельтешащие в ночном небе юркие истребители сопровождения. Но эта охота продолжалась уже недолго, так как потерявшие объекты прикрытия самолёты почли за благо тут же дать дёру — рассыпавшись в разные стороны, большинству удалось спастись от преследования ночного дьявола.