Надо заметить, что командир взвода в отличие от меня, — Святцев даже не улыбнулся, — действительно был далеко не лучшим, но и проверяющий тоже из таких.

Так вот, командир взвода вскочил на ноги и говорит: «А я вам докажу, что у меня во взводе все в порядке. Бот видите, идет солдат?» Он подозвал солдата и, выждав пока тот представится, говорит: «У него на ногах носки», — и приказывает солдату: «Снимите левый сапог!» Солдат снял сапог, и проверяющий увидел, что у того действительно на ноге носок. А комвзвода уже подзывает второго солдата и, заявив проверяющему, что у этого солдата на ногах портянки, приказал снять правый сапог.

Пошли они в класс. Проверяющий выбирает одну из тем и предлагает командиру взвода провести по ней занятия. Комвзвода провел, а затем, что ни спросит, все тянут вверх руки, хотят отвечать. Кого ни поднимет командир взвода, все великолепно отвечают.

Отметив это, проверяющий предложил показать ему, как кормят людей.

В столовой первую порцию повар дает проверяющему. Ну проверяющий, естественно, следит, а что повар другим даст. А тот всем — по полкурицы.

Отобедал проверяющий, написал о результатах проверки прекрасную справку, оформил, как говорится, все документы, ну а перед самым отбытием из взвода отозвал в сторону командира и тихонько спрашивает: «Слушай, друг. Меня выдвигают на командира роты. Поделись со мной секретом, как тебе удается все так наладить? Я же чувствую, что здесь что-то не так, но вижу, ни один проверяющий не подкопается». А командир взвода интересуется: «А справку не переделаешь?» А тот клянется, что никому и словом не обмолвится. Махнул рукой комвзвода и говорит: «Ладно, слушай, расскажу. Дело в том, что у меня во взводе все люди на правой ноге носят портянки, а на левой — носки». — «Ну, а как же с занятиями, я же сам видел, как все слушатели вверх руки тянули?» — «А это проще пареной репы, — отвечает командир. — У меня тот, кто знает, поднимает левую руку, а тот, кто не знает — правую». — «Молодец, — говорит проверяющий. — Ну а как с курицей? Я же сам видел, как каждому повар по полкурицы отвалил». — «Вот с курицей посложнее было, — вздохнул командир. — С трудом одну отыскали. Дальше все просто: половину курицы тебе повар положил, ну а вторую… к черпаку привязал».

Грохнул дружный хохот, а Бунцев, улыбаясь, первым пошел прочь.

К нему по дороге подбежал дежурный офицер по штабу и доложил:

— Товарищ подполковник, на КПП батальона находится подполковник Джалал. Он хочет вас видеть.

— Проводите его ко мне, — приказал Бунцев и направился к штабу.

Джалал был одет в хорошо подогнанную форму, которая очень шла ему.

— Наше правительство решило французов, которых взяли с бандой, депортировать из страны, не предавая их суду, — во время беседы сказал Джалал.

— Это дело вашего правительства, — заметил Шукалин.

— Наше руководство учло их поведение после пленения. Я уже шесть раз допрашивал Каримуллу. Сначала он ничего не говорил, затем юлил, врал. И вот, наконец, по-настоящему начал торговаться за свою шкуру. Он признался и в отношении Леонова, и рассказал о нападении на советскую колонну в кишлаке Исакхейль. Говорит, что приказ о расправе над пленными отдал не он, а главарь второй группы, которая участвовала в нападении на колонну.

— А что он говорит о Леонове? — спросил Бунцев.

— Они его случайно обнаружили без сознания в расщелине. По дороге он, когда пришел в себя, пытался прыгнуть в пропасть, но его перехватили.

— Где он сейчас?

— Каримулла не знает, — Джалал неожиданно улыбнулся.