— Не понимаю, какое их дело до этого мотоцикла? Мы бензин слили до капельки, мотоцикл смазали как следует и заперли в сарае на два замка. Мама, разреши мне сходить в домоуправление и разобраться?

— В принципе, они правы. Мотоцикл хранить в подвале большого жилого дома нельзя. Меня удивило только то, что наши соседи не сказали нам, а написали сразу в домоуправление. Кстати, куда нам поставить мотоцикл, ведь его наверняка придется убрать из сарая?

— Об этом мы решим чуть позже. Ну, я пошел?

— Иди, но только будь вежливым и не говори глупостей.

— Слушаюсь и повинуюсь, — картинно склонил голову Сергей.

Он пришел через полчаса возбужденный.

— Ты понимаешь, мама, мне показали анонимки. У нас есть соседи-анонимщики!

— Да ну их к черту, сынуля. Пока ты ходил, я подумала и решила так: разберем мотоцикл, положим детали в ящик и поставим на балкон. Я все это хорошенько заверну в целлофан, и делу конец. Попроси лучше кого-либо из ребят, пусть помогут разобрать мотоцикл и затащить его сюда, а сам забудь об этих дураках, будь выше их.

На следующий день Вера Федоровна пошла на работу пораньше, а Сергей позвонил своему товарищу Славе Ивашину. Он тоже был свободен с утра и охотно согласился помочь.

Они вытащили мотоцикл из подвала, выбрали на асфальте местечко посуше и принялись за работу. Сняли оба колеса, руль, затем двигатель.

— Вы что, мотоцикл разбираете? — услышал голос за спиной Сергей и оглянулся. Перед ним стоял сосед из тридцать четвертой квартиры Солдунов. Круглолицый, с маслянистыми беспокойными глазками, с угодничьими манерами мелкого дельца и подхалима.

— Я спрашиваю, зачем коня на части разбираете?

— Хотим на балкон перенести, домоуправление, запретило хранить его в сарае.

— И правильно, пожар может случиться. А зачем его в металлический хлам превращаете, продали бы кому-нибудь?

— Придет Коля, это его вещь, пусть и решает.

— Ну-ну, храните, — усмехнулся Солдунов.

Сергей молча склонился над мотоциклом. Когда Солдунов отошел, Ивашин коротко сказал:

— Пакостный тип..

— Откуда ты его знаешь?

— Его отчим работал в седьмом строительном управлении…

— А, это Жукин, — прервал друга Сергей. — Они же вместе и живут.

— Вот Жукин взял его, этого Солдунова, на должность начальника отдела кадров. Вместе разные темные дела заворачивали, устраивали попойки для проверяющих, неугодных шельмовали. Так что держись от него подальше.

— Да ну их, зачем они мне. Живут они в нашем подъезде, вижу их иногда. Я у них и в квартире ни разу не был. Когда Колю призвали в армию, то приходили оба к нам домой, предлагали мотоцикл продать им за сто рублей.

— Ого, мотоцикл же во много раз дороже стоит.

Сергей не ответил. Он взвалил на плечо раму и предложил:

— Бери колеса, потом остальное заберем.

— А не стянут ли это? — Ивашин показал на лежавшие на асфальте детали и инструменты.

— Нет, пошли.

За три ходки они перенесли на балкон разобранный мотоцикл.

БОЕВАЯ СЛУЖБА

Первую неделю Коблик по ночам спал очень плохо. Душманы под покровом темноты приближались к городу и вели ракетный огонь. Гулко и резко отвечала, расположенная недалеко от батальона, афганская артиллерия. Были непривычными для слуха и довольно частые пулеметные и автоматные очереди. Бередила сознание, тревожила молодого воина мысль, что вот в эту минуту где-то рядом идет перестрелка и, возможно, кто-то гибнет, прощается с жизнью, а он, молодой, здоровый, должен спокойно спать.