— Так почему же ты его не арестовал?

Путилин не слушал меня. Быстрее молнии он написал несколько слов на бумаге.

— Телеграмму скорее отправлять! Постойте, вот вторая! Да стойте, черт вас возьми, вот третья!

Я ровно ничего не понимал. У меня, каюсь, даже мелькнула мысль, не сошел ли с ума мой гениальный друг.

— Скорее ко мне Юзефовича.

Через несколько секунд в кабинет вошел маленький юркий человечек. Путилин что-то шепнул ему на ухо.

— Через сколько времени?

— Да так, часа через два-три.

Мы снова остались с ним вдвоем. Путилин подошел ко мне и, опустив руку на плечо, проговорил:

— Я посрамлен. Гениальный мошенник сыграл со мною поразительную штуку. Он надел мне на голову дурацкий колпак. Но помни, что за это я дам ему настоящий реванш. А теперь вот что я тебе скажу: содержание тех телеграмм, которые я сейчас получу, мне уже известно.

Прошло несколько минут. Я, заинтересованный донельзя, весь обратился во внимание.

— Телеграмма! — опять вытянулся перед Путилиным курьер.

— Им подай! — приказал Путилин. — Ну, докториус, вскрывай и читай!

«Начальнику сыскной полиции, его превосходительству господину Путилину. Доношу вам, что следовавшая за покойником дама в трауре бесследно исчезла из вагона первого класса, в котором ехала. Осталось только несколько забытых ею вещей. Куда делась — неизвестно.

Телеграмма была отправлена со станции Боровенки. Время получения — десять часов тридцать восемь минут вечера.

— Что это значит? — обратился я, удивленный, к моему гениальному другу.

Путилин от бешенства был бледен до удивительности.

— Это означает только то, что ты вскроешь очень скоро новую телеграмму.

Действительно, через полчаса, а может и чуть позже, нам подали новую телеграмму.

«Случилось необычайное происшествие. Обеспокоенный внезапным исчезновением дамы в трауре, я по прибытии поезда на следующую станцию вошел в вагон с покойником. Дверь вагона была настежь открыта. Крышка гроба валялась на полу. Гроб оказался пустым. Покойник исчез. Что делать?

Я захлопал глазами. Признаюсь откровенно, у меня даже волосы встали дыбом на голове.

— Как покойник исчез? — пролепетал я. — Куда и как мог исчезнуть покойник?!

— Бывает… — усмехнулся Путилин, быстро набрасывая слова на бумаге.

— Телеграмма! — опять выросла перед нами фигура курьера.

— Что ж, читай уж до конца мою сегодняшнюю страшную корреспонденцию! — с досадой бросил мой друг.

«Благодарю вас за то, что вы меня проводили. От вас, мой друг, я ожидал большей находчивости. Я сдержал свое слово: вы проводили меня.

Искренне любящий вас

— Понял ты теперь или нет? — в бешенстве взревел Путилин, комкая в руках депешу.

От всей этой абракадабры у меня стоял туман в голове.

— Ровно ничего не понимаю… — искренне проговорил я, пребывая в полной растерянности.

Секретный шкаф открылся. Перед нами стоял Юзефович.

— Ну?!

— Он здесь. Я привел его.

— Молодец! Впусти его.

Дверь отворилась, и в кабинет робко, боязливо вошел невысокий человек в барашковом пальто — бекеше.

Странный заказчик

— Вы содержатель похоронной конторы Панкратьев? — быстро спросил Путилин.

— Я-с, ваше превосходительство! — почтительно ответил тот.

— Расскажите, как было дело!

— Было-с это четыре дня тому назад, — начал гробовщик.