— Конечно, — согласно кивнула головой она.

А разговор между тем продолжался. Она уловила последнюю фразу.

— …и опять разговоры аболиционистов.

Агния встрепенулась.

— А как вы относитесь к этим разговорам об отмене рабства? — Донна Кандида посмотрела на нее.

— Не знаю… Могу лишь сказать, что у нас в России тоже было рабство , еще и десяти лет не прошло, как его отменили.

— Вот как? У вас были негры? — Это молодая дочка доньи Кандиды вступила в беседу.

— Негры? Нет. Крестьяне.

— Белые?

— Да.

— Белые рабы… Как интересно, — протянула донна Кандида. — И что же, вы всех освободили?

— Да, синьора.

— А у вашего отца были рабы?

Агния улыбнулась:

— Да. Что-то около полутора тысяч душ.

— О-о, — в голосе доньи Кандиды прозвучало восхищение. — Это очень много.

— Да, немало, — согласилась Агния.

— А у вашего мужа?

— Когда мы поженились, отмена рабства уже произошла, — ответила она.

— Дорогая, — это вступила в беседу жена полковника Аламейды, — я все хочу у вас спросить, но… Не сочтете ли вы это за дерзость?

— Нисколько, — вежливо ответила Агния, подумав при этом, что полковнице так много лет, что ее любопытство ей вполне можно извинить.

— Дорогая, — опять приступила полковница, — вы так молоды! Вам ведь не более двадцати пяти, не так ли?

— Двадцать три, синьора Аламейда.

— О-о! — Дамы переглянулись. — Но вы уже вдова…

— Верно, — Агния мысленно вздохнула.

— Сколько же лет было вашему покойному супругу? Он был, верно, молодым человеком? Отчего же он умер?

— Моему покойному супругу был шестьдесят один год, когда он скончался. Вместе же мы прожили два года, — решила уточнить она во избежание дополнительных вопросов.

— О-о, какой солидный брак, — уважительно посмотрела на нее полковница. — Ваш отец был весьма дальновидным человеком!

— Мой брак устроил мой брат, — уточнила Агния, тут же живо увидав Вольфа перед своим внутренним взором.

— В таком случае какой мудрый у вас брат. Он намного старше вас?

— На пятнадцать лет.

— Вот видишь! — громко обратилась полковница к дочери доньи Кандиды, сидевшей близ нее. — А ты не хочешь выходить замуж. Эта дурочка уверяет, что жених слишком стар для нее. — Полковница вновь обернулась к Агнии.

— Но он действительно старик! — протянула девица, нахмурившись.

— Ну чем плох такой брак? Вы разве можете пожаловаться на своего покойного супруга, донна Агния?

— Нет, — Агния покачала головой.

Она действительно не могла на него пожаловаться.

— Вот с кого надо брать пример. — Полковница обернулась к девице, а после к ее маменьке, с которой желала обсудить кандидатуру престарелого жениха.

— А сколько лет вашему жениху? — Агния украдкой наклонилась к девушке.

— Это ужасно, — мрачно ответила та. — Шестьдесят два.

— Не расстраивайтесь. Он долго не протянет, — преспокойно заметила Агния.

Девушка изумленно посмотрела на нее, а потом вдруг прыснула в кулак.