В казино искажённый голос загадочного зловещего лидера продолжал своё послание:

– Сегодня у нас праздник. Сегодня нам воздастся за наш тяжёлый труд. Мир повернулся к нам задним бампером. Нас перестали производить, для нас перестали выпускать запчасти. Зато насмехаться над нами не перестают! – Преступный лидер всё больше подстрекал своих сообщников: – Нам придумывают отвратительные прозвища: драндулет, ржавое корыто, гроб на колёсах, колымага, рыдван... Ведро!

Машины согласно заворчали.

Голос продолжал:

– Но мы не сдавались. И сегодня, друзья, мы положим этому конец.

Бум! Мэтр подпрыгнул от удивления, когда увидел на экранах Карлу Гоньяло с дымящимся капотом.

– Они смеялись над нами! – говорил искажённый голос. – Теперь наш черёд посмеяться. Вы зовёте нас вёдрами? Получайте!

Бум! Загорелся ещё один автомобиль.

На улице Финн и Холли отчаянно пытались понять, что происходит.

– Засекла электромагнитное излучение, – доложила Холли. Она проворно отследила его и обнаружила источник. Настроив бинокль, она увидела Грэма и Эйсера, которые направляли «камеру» на гоночную трассу.

– Финн! Камера! – вскричала она.

– Где?! – воскликнул Финн.

– На башне!

Финн сорвался с места и помчался по петляющей вдоль утесов дороге в сторону «камеры». Ему нужно во что бы то ни стало остановить Грэма и Эйсера, прежде чем пострадают другие автомобили.

Мэтр по-прежнему слушал речь загадочного авто, задумавшего губительную операцию.

– Сегодняшний день должен был стать звёздным часом альтернативного топлива. Но после этих гонок все снова перейдут на бензин. А мы, владельцы крупнейшего неосвоенного месторождения нефти, станем самыми могущественными тачками в мире! Мы будем нужны им. И всем придётся считаться с нами!

Мэтр испуганно охнул, а вёдра радостно загудели.

Глава 17

Финн нёсся по извилистым дорогам, пока не добрался до ущелья. Он видел, как на другой стороне Грэм и Эйсер управлялись с «камерой». Финн прибавил газу и прыгнул через ущелье.

Но посередине прыжка он почувствовал, что завис в воздухе. Его удерживал магнит, расположенный на борту вертолёта.

– Мы так и думали, что ты объявишься, – крикнул Эйсер.

Два ведра радостно повернулись к «камере» и направили её на участника под номером 4, Макса Шнеля. На этот раз облучать выпало Грэму.

Внизу, на трассе, у участника номер 4 внезапно задымил капот. Автомобиль потерял управление, врезался в другого гонщика, и оба перевернулись. Зрители затаили дыхание, увидев, что закружило ещё одного гонщика – Сю Тодороки: у него загорелся двигатель и повалил чёрный дым. Грэм и Эйсер захихикали, увидев, как тот пошёл юзом и, зацепив ещё две машины, врезался в ограждение. Гоночный трек превратился в месиво из металла.

Далеко впереди, недалеко от финишной черты, продолжали биться за первенство Франческо и Маккуин. Они не знали, что происходило на трассе позади них, полностью сконцентрировавшись на том, чтобы победить.

– Ка-чоу! – прокричал Маккуин, первым пересекая финишную черту. Но не успел он по-настоящему насладиться своей победой над Франческо, как заметил аварию и дым.

– Ну дела, – пробормотал он.

Вскоре сэру Майлсу Карданвалу пришлось держать ответ перед журналистами. Они хотели знать, будет ли «Алинол» использоваться на последнем этапе гонки в Лондоне и не он ли стал причиной стольких аварий.

Карданвал выглядел полностью раздавленным.

– Будучи в здравом уме, я не могу более подвергать риску жизни гонщиков, – заявил он репортёрам.