— Дорогая.

— О, Крофт. — Она снова вздрогнула, ибо его прикосновение стало более интимным. Его пальцы с невероятной нежностью прикасались к ней осторожно, открывая все ее секреты, все потаенные места, заставляя их трепетать от желания. Он дотрагивался до нее до тех пор, пока она не стала влажной и горячей. Все ее тело болело от желания.

Крофт продолжал гладить и ласкать Мерси, пока она не растаяла в его объятиях. И она прикасалась к нему столь же нежно, сжимая его тяжелый жар в своей ладони. Когда он пробормотал ее имя и чуть пошевелил ногой, призвав ее раздвинуть ноги, она прижалась к нему изо всех сил..

— Возьми меня в себя, — произнес Крофт горячим шепотом. — Мне нужно твое тепло. Я хочу чувствовать тебя вокруг себя. Везде. Шелковую, нежную, сильную. Это так хорошо, когда я внутри тебя, дорогая.

Она развела бедра для него, направляя его в себя со страстью, которая не уступала пылу его собственной. Осторожно, немного неумело, вводила она его в себя. Он застонал, когда медленно погружался в нее в поисках изысканной связи с ее телом. И как всегда, ее реакция на его смелую агрессию была первобытным проявлением желания. Словно ее тело само бросило ему гордый вызов и теперь приветствовало завоевателя.

На какое-то мгновение нежные мышцы мягкого женского существа Мерси сжались, сопротивляясь ему. Крофт медленно подтолкнул себя вперед, настаивая на своих правах проникнуть вглубь, а потом, еще прежде чем сопротивление могло возрасти, он исчез. Ее бедра мгновенно поднялись в отчаянной попытке вернуть то, что было потеряно. Крофт повторил свой медленный вход, пролагая себе более широкую дорогу, и тут Мерси закричала от необычайно изысканных ощущений. Затем он снова оставил ее.

От этого чувствительного подшучивания Мерси обезумела. Она прижалась к нему, стараясь удержать в себе.

— Сейчас, — застонала она, ее зубы ухватились за кончик его уха. — Я хочу тебя сейчас.

— Ты не можешь хотеть мен» сильнее, чем я тебя.

Затем он медленно и окончательно вошел в нее, и она принимала его, растягиваясь и выгибаясь, чтобы окружить его, оборачиваясь вокруг него, прижимаясь к нему. Он был заключен в темницу ее желания, а сам держал ее в своих объятиях, словно пленницу.

Порыв сильнейшей, все сметающей на своем пути страсти довел их обоих до экстаза, который, казалось, длился бесконечно, но наконец их выбросило по воле волн страсти в живое море. Вместе купались они в объятиях друг друга, а любовь и утреннее солнце согревали их.

Прошло много времени, прежде чем Мерси пошевелилась и чуть приподнялась, опершись о локоть, улыбаясь, заглядывая в глаза Крофта.

— Думаю, я знаю, что ты имеешь в виду, говоря про замкнутый Круг.

— Неужели?

— Мы — замкнутый Круг, ты и я, правда?

— Да, — сказал он. Крофт притянул Мерси к себе. — Знаешь, ты можешь стать более способной ученицей по философии, чем я предполагал ранее.

— Ну, я же беру уроки у профессионала.

— Интересно, ты умеешь выгуливать собак?

Доберман в углу нетерпеливо зашевелился, как будто понял вопрос Крофта.

Через два месяца после их возвращения из Колорадо Мерси стояла на лесенке между рядами книг и смахивала пыль с верхних томов и корешков. Переделать все, что входило в обязанности владельца книжного магазина, было просто невозможно.

Работая, она думала о предстоящем вечере. Крофт скоро вернется из своей двухдневной поездки в одну из его школ в Калифорнии. И она хотела приготовить для него что-нибудь необычное. Что-нибудь, помимо набора непристойно маленьких, прозрачных ночных туалетов, которые она купила к их медовому месяцу.

Свежие креветки могут быть весьма кстати.