Потухшие символы вспыхнули ровным розоватым цветом.

Волна подтверждения разошлась по всему периметру массивного кольца. Знаки не выгорали и не отторгали чужеродную силу. Они жадно впитывали её, запускаясь как старый работоспособный механизм.

— Забавно, — похлопал меня по плечу Фомир. — Кольцо посчитало тебя богом.

— Ну, братан, я полубог ветров и морей, и молодых людей…

— Что?

— Говорю, я же полубог. Это почти то же самое, — развёл руками я.

— Я не говорил, что полубог может запустить. Тогда бы и я смог, — буднично пробормотал маг. — Но теперь мне надо погрузиться во внутренние схемы, грубо говоря, пообщаться с порталом.

С этими словами он сел в нечто наподобие позы «алмаз» для медитации и закрыл глаза.

Глава 4Куда ведет портал

Я крякнул, лишившись собеседника, покрутил головой и решил направиться наверх, в верхний зал, где должна быть статуя Дикаиса. Надо бы глянуть, как она.

Действия шли независимо друг от друга. Внизу Фомир медитировал среди древней магии, а наверху я решил прибраться в бардаке, оставленном гоблинами.

Статуя Дикаиса лежала в углу. Слишком прочная, чтобы разбить, слишком тяжёлая, чтобы утащить.

Я раскидал куски стеновых блоков, под которыми похоронили статую.

Не знаю, было ли это какой-то религиозной традицией, но статую покрывали короткие надписи и рисуночки. К гадалке не ходить — оскорбительного содержания.

Утащить её было чем-то почти нереальным, однако я обратился к алтарю за магической поддержкой и стал волочь её обратно к постаменту.

Весила эта хреновина по меньшей мере тонну. И в обычной жизни её ворочали бы два десятка гномов. Я справился один, хотя и при помощи колдовства.

Поставил ноги-основание статуи в середину, обошёл, отдышался.

Обняв бога за пояс я поднапрягся, работая всё больше ногами, придал ему вертикальное положение. Дальше — проще, я кантовал его, пока не поставил более или менее ровно.

Наверняка гномы сказали бы, что поставлено криво, как столб руками пьяного слепого гоблина, но уж простите, геометрия — не моя сильная сторона.

Я отряхнул руку и принялся приводить статую в порядок.

У него было несколько щербин на носу и руках, их явно пытались отбить. Всё же гоблины служили враждебному богу. Но с трещинами потом разберутся служители, отполируют там или зальют каменным клеем.

В поясной сумке нашлась тряпка, которой я протираю доспехи, слишком маленькая для такого гиганта, но я всё же начал. Воды не было, только оружейное масло, я смочил тряпку маслом и стал протирать уж чем было.

Как это ни странно, но камень статуи впитывал масло, а надписи стирались под напором моих рук.

В какой-то момент надписей на неизвестном мне языке и рисуночков скабрезного содержания не осталось.

Короткий магический импульс прошёл по поверхности статуи. Внутренняя сила убрала морщинки трещин и пятна от надписей.

Линии расколов исчезли, превратившись в едва заметные прожилки на монолитной породе. Дикаис снова возвышался посреди храма во весь свой исполинский рост, сурово взирая на пустые своды своего храма.

Я заложил руки за спину и остановился напротив восстановленного изваяния.

— Это становится традицией, верно? — ровно произнёс я в гулкую пустоту храма, словно обращаясь к незримому собеседнику, который постоянно подкидывал мне работу.

Ответом мне послужили торопливые шаги. Из подвала вынырнул Фомир. Главный маг выглядел изрядно уставшим, но в его прищуренных глазах отчётливо горел профессиональный азарт исследователя.

— Слушай, ну всё работает, — он окинул коротким взглядом статую и даже кивнул ей. — Я разобрался с алгоритмами наведения и ввода координат.